Лето - это маленькая жизнь... Мир! Труд! Спать! Гость, голову не припекает? МЧС России предупреждает: на Лиге ожидается шторм #лето #SwL2018
[ Новые сообщения · Форумчане · Правила форума ]
  • Страница 2 из 7
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 6
  • 7
  • »
Архив - только для чтения
Форум » Архив ФРПГ » Рун » Императорский дворец
Императорский дворец
TaonДата: Четверг, 16.10.2014, 18:48 | Сообщение # 16 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. НПС Персоналия Фрэнсис Арманд

Ночь опустилась на Штауфгард. Было уже около полуночи, когда из своих владений, "башен Сезара", вернулся сам Сезар.
Маленькая наследница престола уже спала, когда её отец размашистым шагом зашёл в кабинет её матери, открыв запертую дверь своей ключ-картой.
Вихрем промчавшись между креслами и камином, Император рывком снял фуражку, но не швырнул её, а аккуратно, преувеличенно аккуратно, положил в центр рабочего стола жены. Какое-то время спустя обернулся и встретился взглядом с единственной присутствовавшей здесь.
- Это и есть твой обещанный сюрприз? - спокойно поинтересовалась Констанс. И продолжила своё прерванное появлением мужа занятие: она снимала с лица макияж. Как женщине, прекрасно знавшей, где, что и как у неё накрашено, так как особых экспериментов со своим повседневным образом она не проделывала, зеркало при этой процедуре ей не требовалось.
Фрэнсис проследил за скупыми движениями сжимавшей специальную салфетку руки и задался неразрешимым вопросом о женских странностях. Но очень ненадолго. Пусть накладывает хоть метровый слой красок, всё равно не скрывающих какую-то бледность, если так уж хочет.
Дождавшись, пока Констанс закончит и метким броском зашвырнёт в года три назад специально заказанный под интерьер кабинета небольшой утилизационный блок, Фрэнсис уже размеренно прошёлся к свободному креслу - по правую руку от жены - снял плащ, набросил его на спинку кресла и наконец сел.
- Я сжёг одного из твоих любимых террористов, дорогая, - безмятежно сообщил мужчина, глядя в камин. - Ты не против?
На несколько мгновений воцарилось гробовое молчание. Затем Констанс устроилась в кресле совсем уж удобно - подобрав под себя ноги, повернувшись к Фрэнсису, благо что не мнущиеся и не сковывавшие движения брюки и блуза не мешали этого сделать, - и любовно оглядела строгий профиль заинтригованным взглядом.
- Которого же?
- О, всего лишь почти главного. Трэвиса. Не переживай, он долго мучился.
- Твоя заботливость не знает границ.
- К сожалению, твой неблагодарный питомец не оценил моих стараний. Но сегодня я не буду думать о человеческой и экзотской вопиющей неблагодарности. Побудь со мной. Подумаем немного о Роане, которая теперь может покоиться с миром, а после продолжим наши императорские труды, - Фрэнсис повернул голову, взглянув прямо в тёмные глаза Констанс. - Как думаешь?
Женщина едва обозначила кивок. Откровение мужа её... шокировало.
Она знала почти всю историю его жизни до встречи с ней. Знала о смерти его сестры. О, да, этот мужчина был беспощаден и выдавал настолько циничные сентенции, что удивить мог даже её саму. Но о созданном в союзе с ней и Шиндаем государстве заботился совершенно по-настоящему. А о своей семье и того сильнее.
Констанс не знала Роане Арманд. Но зато знала, как ужасно тяготило Фрэнсиса бремя вины за то, что он за столько лет так и не смог найти убийцу.
С неё самой, казалось, свалился груз. Хоть и далеко не столь тяжёлый.
Императорский был тяжелей.
Не говоря ни слова, Констанс встала и вышла, а вернулась минут через десять с подносом, на котором стояли две чашки гиндинского кафа с плантаций неподалёку от блистательного Ригриса и кое-какие закуски.
На кухне препятствий и недоумения она не встретила. Слуги из жилого крыла дворца прекрасно знали, что иногда их госпожа ведёт себя как самая обычная женщина, жена.
Молча вернувшись, она поставила поднос на столик между кресел, не забыв для начала закрыть за собой дверь. И затем подошла к мини-бару, располагавшемуся между камином и стеллажами с книгами, инфочипами, заметками, тянувшимися до самого рабочего стола, стоявшего у окна. Снаружи, впрочем, окна из общей картины не выбивались. Их просто будто бы не было.
"Следующую серию казней посвящаю гениальным архитекторам", - в духе своего мужа подумала Констанс, открывая мини-бар и доставая не открытую ещё бутылку чего покрепче.
Это, с окнами, архитектурное решение ей действительно нравилось. Но долго думать об этом она не стала.
Выставив на стол ещё и эту самую бутылку, а заодно прихватив миниатюрное приспособление для открытия оной (ни за что ничего подобного не было бы в её кабинете, если бы не некоторые привычки Фрэнсиса), Констанс закрыла портал в мир эстетствующего алкоголизма и вновь уселась в кресле.
Каф она пила без "чего покрепче". Ей и предлагать не было смысла. Зато себе, предварительно виртуозно открыв бутылку, в свой заботливо немного недолитый каф, Фрэнсис добавил как следует.

***

- Надеюсь, ты не вышла из формы и не позволишь нашим экс-префектам и почти экс-префектам спеться и составить оппозицию, - высказал Император своё мнение, выслушав краткие поправки к планам на завтра.
"Кто-то планирует на выходные пикники, а мы - кровавые чистки. Какое мы добродушное семейство", - иронизировал он в мыслях, потягивая свой составной напиток с кафом и градусом.
Кому, как не Фрэнсису было знать, что простым смещением нескольких префектов и публичным развешиванием грязного белья как минимум двоих из них дело не кончится.
Констанс тоже знала это.
Она усмехнулась одним краем рта.
- Разумеется, нет. Бывшие рунийский и осарианский пока посидят в живых, но под... присмотром, - многозначительная улыбочка и такой же взгляд. - Смею надеяться, что Примария окажется достаточно великодушна, чтобы составить нам такую услугу. Но префекты Амбрии и Хайпори расстроили меня более... существенно.
Понимающие взгляды и молчаливый приговор.
Попустительствовать волнениям и не исполнять обязанностей - это плохо. Но непосредственно помогать - гораздо хуже.
Отпив ещё немного и поставив почти опустевшую чашку на поднос, Фрэнсис резюмировал:
- Итак, в очередной раз волнения на Кали оказались кстати.
- Они всегда кстати.
Да. В прошлый раз калишцы фактически начали войну за объединение раздробленных остатков Коалиции. А теперь проблема с беженцами и реакция на неё становились грандиозной предпосылкой к окончательному объединению под знаменем единой идеологии.
- Кстати, я побеседовала с Шиндаем о кланах.
- И?
- Если кратко, то мы можем создать собственный клан. Нам предоставят наставников по культуре Кали, и нам стоило бы взять приёмных детей. И, если говорить о более отдалённой перспективе, союз рекомендуется заключать с военным кланом.
Фрэнсис ненадолго ушёл в раздумья.
"Вот как, господин канцлер. Разыгрываете карту вдохновителя. Что ж, пусть этот балл в счёте будет вашим. Не могу не признать, что предложение ваше разумно".
А ответил только одним словом.
- Ваймеры?
- Не думаю, - почти сразу же ответила Констанс. - У них почти не осталось мужчин, а ровесников Идалис или немного старше и того меньше. Но этот вариант возможен.
К тому же, один из их выживших, Альберт Ваймер, и так был приближен к правящей чете.
Фрэнсис же почти незаметно улыбнулся. Улыбку эту выразило только лишь нечто в уголках как обычно сжатых губ, да какой-то блеск в непроницаемых серых глазах.
- Я говорил не только о возможном супруге Идалис.
Несколько мгновений, чтобы в полной мере понять намёк.
Констанс потребовалось всё императорское и женское самообладание, чтобы не вспыхнуть.
Пальцы крепче, чем нужно, сжали чашку.
"Молчать об этом четыре года, и теперь..!
Я ведь ясно сказала тебе, что больше никогда!"

Для женщины не было секретом, что её муж хотел видеть наследником сына, а не дочь. Хотел, несмотря ни на что.
Каких усилий стоило ей не начать думать, что Фрэнсис на самом деле не уважал её и принимаемые ей решения, знала лишь она сама. И чашка.
Конечно, Констанс не была настолько темпераментна, чтобы крошить руками посуду. Но... но.
Она и сама, в глубине души, хотела дать мужу то, чего он хотел. Но боялась. К тому же, ей было уже отнюдь не двадцать, а почти два с половиной раза по двадцать. Не лучший возраст для вторичного женского подвига.
Фрэнсис хмыкнул, словно мысли прочитав.
- Не переживай. Просто давай думать дальше. Крейцев мы отметаем. За военными из этого клана обе мои сестры и Эстелла Эскол, за обычным - одна из кружка Примарии по интересам. Они не просто более ли менее уцелели, но и преуспевают.
Да, Крейцам везло. В клан входило несколько родов, по большей части военные. И был один хиленький род, принадлежавший к среднему классу. Фолькерт Крейц, один из двоих основателей "Крейц-Эскол", принадлежал к последнему. Это он был женат на той самой из "кружка по интересам". Очень мало кто знал, что центры-близнецы на Рун и Гиндине на самом деле не настоящее сердце компании. Настоящее же было скрыто на Кали.
Конечно, Сезар и Сезария знали.
Они вновь многозначительно переглянулись. О да, клан Крейц получил уже достаточно проявлений расположения. И через "Крейц-Эскол" получит ещё немало.
Супруги перебрали ещё несколько кланов.
- Послушай, я знаю, что ты об этом говорить не любишь, - вопреки обыкновению, мягко заговорил Фрэнсис, отбросив даже сарказм. - Но. Если у нас всё же будет родной сын, я бы рекомендовал подумать о Ваймерах.
Вот теперь Констанс не злилась.
Допив остывший уже каф - а остывшим одинаково невкусны были все, и ото всех сводило зубы, - она наконец-то улыбнулась как обычная женщина, а не закованная в корсет протокола высокая особа.
"Я бы давно сошла с ума, если бы не с кем было так посидеть", - с благодарностью подумала Констанс.
- Что же, за героев полагается вознаграждать.
А то, как в бешеном круговороте событий, вертевшемся в то время, почти шесть лет назад, вокруг них и рождавшегося в муках государства, чете Арманд удалось выловить Розу Ваймер и узнать, кто приходился ей братом, а Альберту Ваймеру - более дальним родственником, уже другая история.
Фрэнсис, казалось, вспомнил то же самое.
- Кстати о вознаграждении. Ты говорила с Шиндаем о Нунурре?
- Да. Он предложил отправить на зачистку барабел, и я одобрила.
Мужчина сложил руки в замок, оперся локтями о бёдра, а подбородку опорой послужили как раз руки. На жену Император намеренно не посмотрел.
- Ты понимаешь, что там мои агенты и, как они докладывают, на службе у вожаков Нунурры есть, очевидно, потерявшие память наши солдаты?
- ... Как? - только и смогла выдавить Констанс. И уже твёрже:
- Откуда такие сведения?
- О. У них было время, чтобы присмотреться, проверить, убедиться и проверить вновь. И у меня есть некоторые сомнения в том, что барабелы будут заботиться не о том, чтобы перерезать как можно больше, а о моих людях.
- Верно. Это... нехороший поворот. Если сами по себе агенты могли бы перед уходом устроить десяток диверсий, то теперь... Пусть они сделают это одновременно с началом зачистки и уходят не одни.
- А с будущими пациентами "Крейц-Эскол". Главное, чтобы впоследствии не материалом для отработки навыков любознательных будущих хирургов.
- Да, - довольно ответила Констанс.
- Итак, в ближайшее время мы будем обеспечены интересными занятиями, - окончательно подвёл черту Фрэнсис, поднимаясь и подходя к жене, чтобы галантно помочь ей встать. - Особенно... Грета.
- И последний полюбившийся тебе писака, - заговорщическим тоном поделилась женщина, принимая не то, чтобы нужную, но приятную помощь и оказываясь в объятиях мужа. Чтобы видеть его лицо, ей пришлось смотреть снизу вверх, немного задрав голову. Это тоже было... приятно. - Пожалуйста, постарайся в ближайшие сутки никого не сжечь.
Иногда даже Фрэнсис усмехался по-настоящему.
- Это будет сложно, но я честно попытаюсь.
В кабинете они... не остались. Конечно, нет...
TaonДата: Суббота, 25.10.2014, 20:25 | Сообщение # 17 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. ГМ.

Ещё до того, как Идалис проснулась, но после того, как Фрэнсис отправился в свои владения, Констанс сидела с чашкой кафа в своём кабинете и читала утренние сводки. На лице её то и дело появлялась улыбка.
"Браво, мой новый смертник. И браво тебе, Грета. Я не ошиблась ни в ком из вас".
Запуганный репортёришка точно в срок накатал своё слово поддержки тех, кому Императрица готовилась нанести смертельный удар. А Грета Исмар, как прекрасный многопрофильный специалист и профи в области психологии и общественного мнения, в свою очередь, через свои связи дала намёк на наличие у жертв некоторого количества скелетов по шкафам. А также, что клеветать на великую Кали и два её народа есть не очень хорошее дело.
"Дай им намёк. Разъясни им то, что они в своей скудости ума не могли понять. И тогда их мысли смешаются. Подтолкни ещё немного, и они твои".
И теперь пришло время решающего хода.

***

- Ещё немного румян, - придирчиво разглядывая себя в отражении, сказала Императрица служанкам. Лёгкую бледность, привет от утреннего недомогания, следовало скорректировать. Нельзя казаться взволнованной.
Обычно она украшала себя сама. Но сегодня был особенный день. И Констанс должна была быть абсолютно уверена, что безупречна во всех отношениях.
К слову, все её приближенные, даже служанки - особенно они - были проверены временем и войной за воссоединение.
Две молодые женщины улыбнулись своей Сезарии и продолжили нанесение сложного, но не на вид, а по технике выполнения, макияжа. Волосы Констанс уже были уложены.
Она разглядывала себя в зеркале и находила, что в свои почти сорок семь выглядела лучше, чем в тридцать с небольшим.
"Да, драгоценная моя. Возможность следить за собой как полагается творит чудесные вещи".
Отнюдь не каждый сказал бы, что Сезария безусловно красива. Она не вписывалась в общепринятые шаблоны. Скорее, многие сошлись бы на том, что она "так себе". И всё же...
Тем временем, служанки выполнили все пожелания и Констанс, поблагодарив, отпустила их. Наносить духи и одеваться она предпочитала сама. Хотя бы потому, что только муж мог видеть её шрамы.
Так тщательно лелеемые шрамы, не убранные даже после заполучения престола.
Женщина сбросила тонкий пеньюар и на ней остались лишь бельё и тонкая ажурная перчатка чёрного цвета на левой руке.
Талия её была всё так же узка и словно создана для того, чтобы быть приобнятой мужской рукой. Однако у Констанс появились основания предполагать, что через месяц-другой это во второй раз изменится.
"Надеюсь, ты наследник. Надеюсь, ты не разочаруешь своего отца и наш народ, если на этот раз исход для меня будет не таким благоприятным".
Императрица быстро облачилась в чуть расширяющееся книзу траурное платье с открытыми руками, но прикрытыми плечами. Перчатка осталась на месте.
Убедившись, что выглядит безукоризненно и в облике видна некоторая доля драматизма, Констанс покинула комнату, служившую гримёрной и гардеробом одновременно, а вскоре - и сами апартаменты императорской семьи.

Зал Сената


Ожидание. Спокойствие и нервозность. Уверенность и нехорошие предчувствия. Искренность и прагматичный расчёт.
Не каждый день тебя приглашают на экстренное заседание.
Констанс была лишена чувствительности к Силе, но очень хорошо представляла, что за люди и экзоты в раскинувшихся перед ней ложах.
Чтобы система функционировала идеально, нужно редкое сочетание идеализма с жестокой практичностью.
Система должна функционировать.
Вот сенатор от префектуры Осариан, например. За сорок две минуты до начала заседания Констанс имела удовольствие беседовать с ним на аудиенции. Где изящно намекнула, что ей, вероятно, придётся уделить префектуре особое внимание, раз два мира - вечные противники до Принципата и не очень дружные соседи теперь, - до сих пор не могут решить некоторые вопросы. А ведь новый префект, если копнуть поглубже - протеже сенатора...
Очень умного и понимающего намёки, а также хорошо умевшего просчитывать варианты и выгоды, сенатора.
А сенатор, представляющий Гиндин и всех, кто в префектуре, мог себе позволить быть идеалистом. Очень хитрым идеалистом.
Эффективные. Полезные. Но не настолько, чтобы обойтись без них было совершенно невозможно.
Констанс играла со всеми ними. Но не ради собственного удовольствия.
Чего не сделаешь ради своего дитя.
А истинным наследником правящей четы был сам Принципат.
Быть может, именно осознание этого придавало Сезарии вдохновение.
Когда она поднялась, освещение и внимание сконцентрировалось на ней.
- Господа сенаторы. Вчера я говорила о памяти. Сегодня же... о том, к чему ведёт забвение.
Констанс воздела правую руку и возвысила голос.
- О предательстве!
... - Мы доверили им мир, где проходят обучение наши бойцы. Мы доверили им и другое: мир, где находятся немалые наши производственные мощности. Мы доверили им то, что обеспечивает безопасность нашу и наших детей! Но за доверие нам отплатили... этим.
У каждого сенатора была дека, на которую при необходимости выводилась представляемая Сезарией, Канцлером или кем-то ещё информация.
На сей раз сенаторам дали ознакомиться со списком обвинений в адрес префектов Амбрии и Хайпори. Измена, коррупция - это было даже не всё.
Требование доказательств ничуть не смутило Императрицу. Собранные тайной полицией сведения тут же были представлены.
Не так уж сложно собрать приличное досье на того, кого можно погубить, если способна проникнуть практически куда угодно.
"Всё-таки, польза ручных адептов очевидна".
- Вы видите, господа, - скорбь отрепетирована столь прекрасно, что выглядела совершенно естественно. - Спонсирование раскола калишского общества. В недалёкой перспективе - спонсирование раскола всего общества Принципата. Навязать сочувствие к беженцам, не желающим быть истинным гражданами нашего государства. Спровоцировать... войну.
В тёмных глазах, зрительно увеличенных с помощью искусно наложенного макияжа, промелькнула странная искра.
Правая рука в кулак.
- Я в трауре по миллиардам, что стали бы жертвами, если бы замысел удался. Но разве мы позволим этому случиться? Сенаторы, избранники народа Принципата, - разве вы позволите?
Первым взял слово сенатор от Дракенвелла.
- Нет, моя Сезария! Я - не позволю.
Кали. Сципио. Туле.
Все. Абсолютно все.
Это были голоса за единение. Это были голоса против... тех, кто против Кали.
Экстренное заседание Сената транслировалось.
Так Сезария одним махом пресекла возможность появления влиятельных сторонников у тех, кто после официального объявления о принятии императорской семьёй калишской культуры рискнёт выступить против.
Да, может вылезти кто-то дерзкий. И красноречивый. Но война за воссоединение осколков Коалиции показала, что уничтожить можно кого угодно.
Кроме триумвирата Региа-Арманд-Шиндай.
Опальные префекты были сняты с должности и приговорены. Ну а репортёришка, выпустив в свет то, что ему повелели выпустить, сам загубил свою карьеру и, вероятно... жизнь.
И приговор префектам должен был быть приведён в исполнение сегодня же.
Через четыре часа.
TaonДата: Пятница, 31.10.2014, 22:34 | Сообщение # 18 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. ГМ. НПС-Компаньоны Берта Исмар, Альберт Ваймер

Удачно начавшийся день Сезарии заканчивался отвратительно. Хотя, бывало намного хуже.
Но ей категорически не нравилось, что некто смог устроить теракт прямо в столице Принципата.
Не нравилось до леденящей кровь ненависти. Такой знакомой. Такой... давней.
Только раньше она была направлена на другого врага. Известного.
Всегда - известного.
У Констанс был тяжёлый день. После удавшегося заседания она занялась решением ряда вопросов, в том числе - и это было самое лёгкое, - назначением новых префектов для двух осиротевших префектур.
Дальше был новый визит в небольшое медицинское царство Берты Исмар и медицинско-женский разговор, обрывки которого ещё долго отдавались в ушах.
- Вы правы, - просто сообщает Берта, доброжелательно улыбаясь. - И поздравляю вас.
- Благодарю. Полагаю, пол мы нескоро сможем определить.
- Рискну сказать, что вы отважная женщина.
- Конечно. Ведь я Сезария.

... Отдавались в ушах. До тех пор, пока иная новость не заставила всколыхнуться нечто, что спало уже как минимум пару-тройку лет.
Ту самую ненависть.
Побывав у Берты, Констанс спускалась по лестницам (даже будничные физические нагрузки позволяют поддерживать себя в форме) на ярус приёмной и помещений для полуофициальных собраний. И обратила внимание на увеличенное число охранников вокруг.
- Господин Ваймер, - замедлив шаг и почти поравнявшись с командиром службы безопасности династии, шедшим чуть позади, обратилась к нему Сезария. - С чем связанные повышенные меры безопасности?
До конца лестницы оставалось четыре ступени.
Альберт Ваймер молчал, пока Констанс и он не преодолели их.
А затем обошел Императрицу, вышел вперёд и преклонил колено.
- Моя Сезария. Теперь я тем более обязан оберегать вас.
Женщина сдвинула брови, уже предчувствуя плохие новости.
- В Штауфгарде произошёл теракт.

***

На вызов полагалось ответить. И как можно скорее найти и уничтожить тех, кто посмел.
Равно как и тех, кто мог бы вдохновиться примером.
Были приказы, и экстренная консультация правящего... триумвирата.
Констанс, Фрэнсис и Кулмар юко Шиндай.
Чуть позже - и непродолжительные переговоры с барабелами.
Зачистка Нунурры передвинулась на ближайшие дни. В связи с этим, пришлось заново планировать действия агентов, что было связана с некоторыми... затруднениями. Но последним занималась не Констанс.

Кабинет Сезарии


Было два часа ночи.
Веки норовили слипнуться, но Констанс упорно не прибегала к помощи стима, обходясь куда более слабым отваром из калишских трав. К вящему недоумению своего супруга.
"Ничего. Когда-то не спали и по двое суток".
Завтра - вернее, уже сегодня, - придётся тщательнейшим образом гримироваться, чтобы скрыть насыщенные тени вокруг глаз, но это всё потом.
Обсуждать всё вдвоём давно вошло в привычку. А этим сумасшедшим днём особо времени на это не было.
- Культурно-развлекательный центр с семейным уклоном, - Констанс покачала головой. - Они знают, куда бить. Знают, что мы ценим.
Фрэнсис сардонически усмехнулся, ослабляя ворот.
- Учитывая, что наш неведомый враг сумел провернуть это дело под носом у полиции и тайной полиции, прямо в этом городе, это неудивительно.
- Что-нибудь ещё нашли?
- Только... это.
Мужчина передал Констанс деку.
Несколько минут Сезария молча изучала материалы. По большей части голографии с места происшествия.
Закончив, она аккуратно положила деку на столик, соединила пальцы в замок и так их сжала, будто хотела переломать.
- Нас держат за идиотов, Фрэнсис. И мне это категорически не нравится.
На голографиях был обнаруженный полицией удлинённый цилиндр, отделанный под рукоять светового меча.
Видно было довольно изящно сделанную надпись: "Я помню".
Фрэнсис кивнул.
- Давай перебирать варианты. Не то, чтобы я этим не занимался, но... Как полагаешь, это могут быть мятежники?
Констанс скрипнула зубами.
- Нет. Прикидываться республиканскими фанатиками им ни к чему.
- Республиканские фанатики?
- Те, которые, ручаюсь, до сих пор воют, что одно наше существование оскорбляет их драгоценную память? Те - могут. Не будем сбрасывать со счетов. Мне бы хотелось, чтобы это оказались они. Тогда наша любимая Республика окажется в не самом удобном положении.
- Не думаю, дорогая, чтобы они рискнули подставить свою Республику, - заметил Император.
- Как знать. Не всем дано умение думать. Впрочем... тот, кто не умеет думать, не смог бы организовать свою... акцию в самом Штауфгарде.
- Имперцы?
- Стравить нас с республиканцами - занятная идея.
Фрэнсис иронично взглянул на жену и еле заметно усмехнулся.
- Да-да, очень сложная схема. Стравить нас очень важно и нелегко, ведь мы так любим друг друга.
Констанс не смогла не фыркнуть с явным весельем.
- В случае войны имперские верха как минимум смогли бы продлить жизнь смехом. А дальше... два ослабленных государства, территориальные приобретения. Мне продолжать?
- Пожалуй, да. Мне интересно, как тебе удастся живописать словами картину "кто-то пытается подмять под себя калишцев".
- Следовательно, вряд ли это имперцы. Не думаю, будто Регент не осознаёт, что большую часть наших планет легче сжечь дотла, чем подчинить. Но даже ситхам ни к чему выжженные миры: властвовать всегда лучше над кем-то.
- Значит, это некто, о ком мы пока не знаем, - заключил Фрэнсис. - Кто-то, кто знает, чем нас можно серьёзно задеть. Кто-то бросающий нам вызов, начав с демонстрации того, что даже в Штауфгарде мы не в безопасности. Это прямой вызов нам как правителям и мне как главнокомандующему Особым отделением.
- Или весьма и весьма хитрый план тех, кто нам известен, - Констанс многозначительно взглянула на супруга и наконец расцепила пальцы. - Похоже, пока нам остаётся лишь ждать. Информации, и результатов зачистки Нунурры.
- Я знал, что ты тоже подумаешь об этом.
Женщина пожала плечами.
- Мало где ещё они могли взять исполнителей. Не исключено, конечно, что мы не правы в своих подозрениях.
"Но чаще мы всё-таки правы".
Правящая чета обсудила ещё кое-какие возможности. В том числе вариации на тему хитрых планов.
То, что полиция, тайная полиция и адепты тайной полиции обязаны работать на износ, подразумевалось. Кроме того, в течение этого дня Сезария с Примарией уже связалась и поставила дело ещё и под её личный контроль.
Шёл четвёртый час ночи, когда Констанс поднялась и, встав перед мужем, слегка наклонилась, положив руки на его плечи.
- Но не все новости так плохи, - мягко произнесла она, как самая обычная женщина, а не облечённая властью персона, совсем недавно рассуждавшая на темы государственной важности.
- Неужели?
Заинтересованность женщина научилась различать уже давно.
- О, да... Я беременна.
TaonДата: Вторник, 04.11.2014, 13:46 | Сообщение # 19 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. ГМ. НПС-Компаньон Грета Исмар. НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд

Малая гостиная


В залитой утренними лучами рунийского солнца гостиной для приёма близких к правящему семейству гостей в креслах восседали две женщины. Старшая - темноволосая, царственная, чуть-чуть уставшая, в длинном чёрном платье замысловатого кроя, с умеренно пышной юбкой. По настоянию Альберта Ваймера, под этой юбкой скрывалось оружие: оба виброкинжала и шоковый бластер. Драпировку "с секретом" можно было раздвинуть легко и быстро, без шоу с задиранием платья. Конечно, если точно знать, как.
В последнее время Сезария почти не носила оружия в пределах дворца - только когда отправлялась куда-то. И немного позабыла о тренировках. О чём начинала жалеть не только она сама, предчувствуя, как Ваймер будет её гонять в тренировочном зале, невзирая на титулы, но и вновь проснувшаяся разумная паранойя.
Младшая же женщина была светловолосой, улыбчивой, и энергия била из неё ключом. Ну а строгий деловой костюм, как обычно, не оставлял сомнений в том, что подгонялся долго и очень тщательно.
Не могла Грета Исмар иначе.
Утром Сезария лично посетила пресс-центр, где сделала официальное заявление касательно теракта, и госпиталь, где находились пострадавшие. Исключая отделение интенсивной терапии, куда посетителей, вне зависимости от того, кто они, пока не пускали.
Теперь две женщины просматривали выпуск новостей, где освещалось это и не только.
- Признаю, ваши служанки красят вас довольно прилично. Но, помнится, у меня получалось не хуже.
Наедине те, с кем вместе Констанс прошла гражданскую войну, могли вести себя свободней остальных.
Сезария коротко хмыкнула.
- Твои старания слишком ценны, чтобы распылять на мелочи, - с мимолётной улыбкой ответила она.
Тем временем по в кои-то веки включённому головизору крутили то самое официальное заявление.
Там Констанс говорила о важности сплочённости в такие чёрные дни и объявляла следующий день днём траура по погибшим. Говорила, что соделавший это ни в коем случае не останется безнаказанным, и всё остальное, что полагается говорить в таких случаях. Сострадание, скорбь, искренний и страстный призыв, - всё было то ли настоящим, то ли отрепетированным так невероятно хорошо, что казалось настоящим.
Напоминание о том, что граждане Принципата пережили и выдержали, чтобы создать единство заново. Призыв помнить и быть именно такими. Едиными.
Даже это Констанс использовала для целей Принципата и своих.
Затем показали посещение госпиталя и Эстеллу-Каро Эскол с официальным заявлением уже от компании: пострадавшим окажет бесплатную помощь "Крейц-Эскол".
После этого головизор уже можно было выключить.
- У тебя, как и всегда, прекрасно получилось, - одобрительно заметила Констанс. - Ни одного упоминания о теракте до сегодняшнего дня за полчаса до моего выступления. Спасибо, Грета.
- Всё, что угодно.

Танцевальный зал


Этот зал примыкал к тренировочному и предназначался для обучения Идалис Арманд. Дочь правителей должна была получить идеальное образование и воспитание, и никак иначе. В конце концов, в семьях Фрэнсиса и Констанс тоже знали толк в воспитании по классическим канонам.
Прекрасное образование с малых лет, отличные учителя, и... больше никаких почти бонусов. Родители не баловали дочь, не хотели вырастить капризное и мало к чему пригодное создание.
Что касается самой Идалис, то азы танцев и естественных наук (последние - пока в духе "попробуй вырастить цветок в саду"), и литература нравились ей куда больше преподаваемых родителями время от времени азов политики.
Зачем править? Что такое править? Это говорить всем, что делать? Но разве им самим непонятно, что просто надо поступать... правильно?
Всех этих тонкостей, хоть и преподносимых простым языком, девочка понять никак не могла.
Интересно чувствовать себя настоящей принцессой. Хотя, принцессы из старых сказок носили воздушные платья изумительной красоты, а не стандартную школьную форму... Но книжки и та наука, что нравится куда интересней. Ну и принца ждать тоже. Ведь у принцессы он обязательно должен быть, разве нет?
А за башню с чудовищем сойдёт учебный класс через два года в третий день недели днём. Повзрослевшей (а десять лет - это ведь много!) Идалис там будут преподавать азы странной науки о том, что именно все должны делать, - право. И конечно, принц будет просто обязан её спасти.
Но к родителям они обязательно будут являться часто. Да.
А второй мечтой девочки было появление младшей сестры - тогда они смогут гулять в саду вместе. И ещё брата. Идалис где-то слышала, что по древней традиции править следующим должен сын.
И это было бы очень-очень здорово. Так она думала, повторяя перед зеркалом во всю стену пока ещё несложные движения.

Кабинет Сезарии


В послеобеденное время у Констанс выдалось около трёх свободных часов. И они мгновенно стали несвободными, стоило прикинуть, сколько дел могло накопиться со вчерашнего дня, учитывая непредвиденные обстоятельства. А ещё назначенная на ближайшие дни встреча с представителями Зайгеррии, а после них - чалактанцы...
Делами она и занялась.
В числе прочего, Сезария распорядилась улучшить условия для развития частного бизнеса и наметила кое-какие мероприятия в этой области. Ей не нравилось, что неймодианцы, ведшие дела в Принципате, стремились к монополизации. В целом, они работали с пользой для государства, однако если что-то заставит их изменить... вектор, это грозило проблемами.
Она не отличалась безумной паранойей и не подозревала каждого в измене. Но разумное недоверие ей ещё не вредило.
"Нужен баланс, господа", - с доброжелательным спокойствием думала она, сочиняя учтивое послание к неймодианскому руководству, где между строк читалась именно эта мысль.
А вечером из своих владений вернулся Император.
- Рад тебя видеть, дорогая, - с порога заявил он поднявшейся со своего места жене, закрывая за собой дверь. - Начнём же наше традиционное заседание. У меня для тебя свежайшая и любопытная новость.
TaonДата: Вторник, 11.11.2014, 00:53 | Сообщение # 20 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. ГМ

Кабинет Сезарии


Определённо, происходившие с завидной периодичностью заседания двоих из триумвирата давно и прочно успели войти в привычку.
Иногда, в особенно несладкие моменты, за привычки приходилось цепляться как за последний шанс спастись.
К счастью, Констанс уже много лет не оставалась одна.
На Набу, когда время адъютантства у фельдмаршала Унца подошло к концу, когда генерал-фельдмаршал остался где-то там, откуда - все знали - мало кто выйдет живым, рядом с ней был подозрительный санитар и сбивавшиеся с ног медсёстры, с которыми можно было хоть иногда выпить дешёвого, точно не настоящего кафа и помолчать за жизнь.
До Набу, в жизни, что казалась чуть ли не прошлой, был вечный и захватывающий дух научный поиск.
После Набу - Фрэнсис.
После Набу и навсегда, до смерти кого-то из них, а может и после.
Быть может, это было слишком наивно для Сезарии. Но временами ей безумно хотелось верить, что после смерти она не растворится в безликой и безразличной стихии-Силе, будь та неладна.
А если не в Силу, то куда?..
Констанс не знала. Адепты не могли дать ответа, но у них она его и не искала.
Ответ давали... другие.
Если она уйдёт не в Силу и не окажется всего лишь производным процессом работы мозга, значит, древние окажутся правы.
Падение, или...
"Одно я знаю наверняка. Не живущим судить меня. Нас. И не Силе. Пусть забирает только своих".
Почему она подумала об этом?
... Констанс слышит новость, и кажется, что стягивающий не нуждающуюся в том талию красиво сплетённый пояс - качественнейшая имитация кожи, - перетягивает внутренности, а лиф вдруг превратился в мешающий дышать корсет, а руки мужа на талии стали металлическими зажимами.
Вспышка. Сложившаяся мозаика. Угроза становится критической.
- Скажи мне... - вдох-выдох, и покачать головой, давая понять, что всё в порядке. - Скажи, что считаешь, что это совпадение.
- Нет.
Это прозвучало бы почти чёрство, не поленись Констанс заглянуть в ледяные глаза, не заметь углубившуюся морщину меж нахмуренных бровей, не обрати она внимания на крепко сжавшиеся челюсти.
Женщина подняла руку и легко провела по скуле мужа успокаивающим жестом.
"В нас, женщинах, мало нормальности. Сначала ты во всех красках представляешь свою возможную гибель, а через минуту уже снова... жена".
Императрицы иногда тоже боятся. Но очень недолго.
Мало что могло выглядеть хуже, чем Зимний блиц или прозябание на Орд Мантелле с отбросами общества.
- Что же. Если это не совпадение, и на Корусканте тоже, причём с небольшим разрывом во времени...
Спрашивать о достоверности источников у Фрэнсиса было бы не очень красиво. Так что этот вопрос Констанс даже и на ум не пришёл.
Иногда Императрицы боятся. Но в смеси любви к своему творению и ненависти к тем, кто пытается его разрушить, силы гораздо больше.
А что было на уме у Императора, не всегда догадывалась даже сама Констанс.
"И этим ты мне кого-то напоминаешь".
Кончики пальцев, опускаясь, мимолётом касаются холодящих кожу знаков различия на форме главнокомандующего Особым отделением.
"Странно, как вы, мужчины, всё это любите. А мы... мы любим ещё сильней".
- Версия с совпадением имеет право на существование, - задумчиво изрёк Император, отстраняясь и подходя к камину, чтобы вперить в него взгляд. - Но и я, и ты понимаем, что наш любезный неприятель вполне может быть настолько оперативен и способен, чтобы устроить свою акцию и там. И если я прав, и там тоже обнаружили нечто отсылающее к иным государствам, вырисовывается любопытная картина.
Под узкое деловое платье, в отличие от траурного с секретом, леденящий ветерок, откуда бы он ни взялся, проник бы не без труда.
Но откуда ведь должен был взяться этот проклятый холодок по коже?
Констанс скрестила руки на груди и тоже подошла к камину, встав рядом с мужем.
- Это как минимум серьёзная заявка и угроза. Если ты прав - а я думаю, что да, - то она под видом грубой попытки провокации.
- Будем надеяться, что я ошибся. У нас с имперцами разные вкусы касательно казней.
... - В любом случае, задачи перед нами те же, что и были. Держаться своей линии, найти и уничтожить, - подытожила Констанс, массируя пальцами начавшие ломить виски. - Кстати, кто из полиции у нас виноват?
Мимолётная мрачная усмешка Императора и многообещающий его взгляд.
- Завтра увидишь.
- Тайная полиция?
- О, этих пощади. Встретиться с бешеной женщиной не хотел бы и я, а Примария... ты понимаешь.
Констанс хмыкнула.
- Тем не менее, мы вынуждены найти виноватых. Даже если это будет сама Примария.
- Да, ведь на префектах ты уже отыгралась.
- Неужели? Я? Тогда два слова. Нунурра. Блиц.
- Сдаюсь. Кстати о Нунурре. "Крейц-Эскол" и тайная полиции донельзя заинтересованы в рунийской чуме.
- Тогда надеюсь, что это не выйдет за пределы калишского центра.
- Если чума обрушится на Кали, то пожалеет об этом сама чума.
TaonДата: Вторник, 11.11.2014, 23:34 | Сообщение # 21 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. ГМ. НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. НПС-Компаньон Альберт Ваймер

Танцевальный зал


Так случалось в последнее время редко, но Император с утра не отправился в свои владения главнокомандующего. Вместо этого он закрылся в своём кабинете, решив уделить внимание своей части государственных дел.
Констанс же ещё с утра передала набор распоряжений, касавшихся намеченной на завтра встречи с представителями Зайгеррии, ну а теперь, затворившись в зале, который будет свободен весь этот день, пыталась организовать себе аппетит. Его в последние дни по утрам не наблюдалось. Эти знакомые признаки свидетельствовали о том, что, как минимум, два месяца будут мучительными. По крайней мере, в первую половину дня.
- Интересно... - изрекла женщина, когда попытка как следует растянуться на станке, вспомнив танцевальное прошлое и тренировки, не увенчалась большим успехом. - Очень интересно, - добавила она, когда вторая попытка уподобилась первой.
Немного раньше, в зале тренировочном, расположенном прямо рядом, Констанс пришлось признаться господину Ваймеру в своём интересном положении, и в итоге он ожидаемо перешел в щадящий режим. Так что удовлетворять лёгкую тягу думать в движении женщина вынуждена была самостоятельно.
Нередко в движении хорошо прочищаются мозги, и можно переключиться в иной режим мышления. Избавиться от замыленности взгляда и посмотреть по-новому.
Сезария в этом нуждалась именно сейчас.
После нескольких заходов иного рода, более щадящих, мышцы наконец-то поддались. Констанс смогла сесть на пол, максимально широко расставив вытянутые ноги и в таком положении почти лечь грудью на тот же пол.
И в голове что-то переключилось.
Женщина хмыкнула и на несколько мгновений задержала дыхание, чтобы довести растяжку до идеального состояния.
Теперь можно было и встать к станку. А после - позавтракать и уделить внимание делам.

Семейная гостиная


В расположенном между кабинетами - своим и мужа - уютном уголке Констанс в кои-то веки читала не донесения, сводки, своё расписание на день, медицинские показания, законопроекты или черновики посланий, или письма, или что-то ещё, а просто читала.
Сегодня её заинтересовали письма в стихах одного древнего поэта, что был изгнан правителем в отдалённый уголок государства, в крепость на берегу моря, разгневавшись за вмешательство в свою семейную жизнь и проявленное в молодости легкомыслие при написании некоей поэмы фривольного содержания.
Больше десяти лет поэт молил о прощении и возвращении, но тщетно.
Констанс, как ни странно, сочувствовала. Не говоря уже о том, что очаровалась красотой слога и трагизмом слов.
Но ещё лучше понимала властителя.
"Да-да, господа. Иногда мы такие, и ничего не поделаешь".
Кстати о властителях.
Женщина отложила книгу, услышав, как открылась дверь.
- Значит, всё же Зайгеррия, - на ходу начал Фрэнсис, ещё даже не сев поблизости. - Желаешь заполучить новую Гегемонию?
- Едва ли, - спокойно ответила Констанс, и потянулась за лежавшей перед ней на низком полупрозрачном столике капсулой и стаканом воды.
Витаминным комплексом с более высокой концентрацией этих полезных веществ, чем в комплексе стандартном, в положении пренебрегать не стоило.
- Мы просто не дадим такого статуса тем, кто не делил с нами кровь в те годы, - развила Сезария мысль, выпив капсулу. - Они приобретут больше, чем, теоретически, потеряют, особого статуса не получив. Ну а свои дела с рабами им придётся как-то заретушировать.
- Не выдвинут ли они новых требований, узнав, что у нас случилось?
Констанс одёрнула рукав элегантного чёрного пиджака в тон юбки длиной ниже колена, контрастировавшими со светлой тонкой блузкой вместе с каскадом свободно ниспадавших волнистых локонов.
Женщина на удивление гармонировала с мужем, вопреки обыкновению облачившимся не в форму главнокомандующего.
- Почти уверена, что это в том числе могло быть целью нашего врага.
- У нас есть, чем ответить, - вручив Констанс инфочип, заверил Фрэнсис.
Просмотрев файлы, Сезария заулыбалась.
- Разве можно пожелать лучшего Императора?

***

Они обсудили кое-какие подвижки в расследовании и новые, в связи с новостью, версии.
Новые-старые версии.
Сомнений в том, что устроить теракт могли по воле республиканцев или имперцев стало больше.
- Если не считать версии с очень умными республиканцами-маньяками, - фыркнув, добавила Констанс.
Уголок рта Фрэнсиса дёрнулся в сардонической усмешке, когда мужчина поднялся, подавая супруге руку.
- Я всегда буду говорить тебе о том, что тем, кто не понимает, какой костью мы станем в горле, стоит об этом задуматься.
- Полагаю, республиканские фанатики не понимают, - приняв галантный жест, Сезария изящно поднялась со своего места и позволила себе намёк на некую загадочную улыбку.
- То, что они не помнят, каковы в бою калишские легионы, останется до поры их проблемой.
- Мне видится, что всё же помнят. Особенно Восьмой. Ты же сам рассказывал, что информаторы сообщают: господа демократы кухонного пошиба всё ещё периодически истерят в нашу честь.
- Восьмой...
- Да. Я тоже думаю о его знамени.
- На моей славной родине ходят слухи о мстительных призраках.
Констанс удивлённо воззрилась на своего Императора. По-настоящему удивлённо.
- Неужели?
- Да-да. Но из Восьмого они, или же из коллаборационистских частей, неизвестно.
"Учитывая, что ни одного знамени Восьмого легиона у нас не сохранилось, это может стать подарком судьбы. Калишские традиции не позволяют даже мне возродить легион по одному слову".
Женщина прошлась от дивана, у которого вместе с Фрэнсисом стояла, к окну, и обратно, чуть прикусив губу.
Свидетельство углубления в размышления.
- Легион "Бык"... легендарный легион, легендарный легат. А нам очень нужны легенды.
Что бы ни говорили о Карле Унце, а генералом он был выдающимся. Мало кто мог похвастаться тем, что спланировал столько военных операций и командовал не только своим легионом, но и иными армиями.
Никто не мог.
- Я знал, что ты одобришь, учитывая твою слабость к одиозным личностям. И, как выяснилось опытным путём, утерянным знамёнам. Только пообещай, что не полетишь туда вперёд моих агентов с моим же наследником.

Малая гостиная


Там же, где в прошлый раз Сезария обсуждала СМИ с Гретой, она принимала теперь господина Ваймер. Хотя, принимала - это слишком громко сказано.
- Я всё ещё не вполне понимаю, зачем вы вызвали меня, моя Императрица, - учтиво и прохладно.
По-калишски.
Нет. По-ваймерски.
В глазах, смотревших часто очень знакомо, заставляя вспоминать Набу вновь, - словно тонкая изморозь, в холодные дни сверкающими иголками пронзающая воздух.
Констанс поставила на специальную подставку коллекционный короткий клинок и обернулась. Юбка эффектно описала в развороте полукруг, тонкий каблук пристукнул об пол.
- Неизменно рада видеть вас, Альберт. И думаю, что сейчас лишь вы можете помочь мне.
- Как глава вашей службы безопасности? - тут же уточнил Альберт.
- Нет.
Сезария еле заметно сощурилась.
- Как один из клана Ваймер.
- Это несколько неожиданно, - заметил тот, подходя немного ближе. Но не больше, чем на расстояние семи шагов.
- Вероятно. Насколько мне известно, численность клана не превышает двух десятков?
- Вы как всегда точны.
- Меня интересует возможность восстановления клана за счёт вновь принятых.
Привычная изморозь сменилась чем-то... аккуратно оценивающим.
- Теоретически?
Констанс с достоинством кивнула, позволив и себе чуть-чуть расслабиться. Совсем чуть-чуть. И подпустить тоже немного... оценивающего.
Когда-то она очень много тренировалась перед зеркалом, доводя тогда ещё будущего мужа почти до объявления бойкота своей тренирующейся персоне.
- Пока - да. Теоретически.
- В таком случае, возможно всё.



Прикрепления
TaonДата: Воскресенье, 25.01.2015, 22:47 | Сообщение # 22 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. НПС-Компаньон Альберт Ваймер. НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. ГМ

- Но мой долг предупредить вас, Сезария, - в заключение беседы о возможном будущем клана сказал Альберт. Констанс кивнула, давая знак, что, конечно, готова выслушать. - На Кали ослабевшие кланы, как правило, просто вливаются в более крупные. И новопринятые достаются сильным кланам. Они способны заинтересовать, но мы в нынешнем состоянии - нет.
- Даже с учётом прошлого?
- Кому интересно прошлое тех, кто мог драться, но не смог уберечь себя и своих детей?
- Что ж, резонный вопрос. Но... - Сезария сделала многозначительную паузу и посмотрела Ваймеру в глаза.
Он улыбнулся.
"Редкое зрелище".
- Пропаганда.
- Что ещё?
- В таком случае, будущее клана в ваших руках, моя Сезария.
- Равно как и Патрона сектора образования, воспитания и культуры, - деликатно поправила Констанс.
Альберт поднялся с кресла и галантно помог подняться женщине.
- Нет сомнений, что вы и леди Магда способны совершить невозможное.
- О. Это не относится к невозможному. Лишь к затруднительному.

Семейная гостиная


На следующий день после шестой за последнее время встречи с представителями Зайгеррии Император и Императрица снова собрались на три-четыре чашки чего-то вкусного.
Продуктивное время, несмотря на то, что тайная полиция, пусть и рыла носом землю, пока не уничтожила виновников теракта.
И несмотря на то, что пришлось отменить поездку в честь дня памяти.
Словом, чуть-чуть полечить нервы хотелось и Императору, и Императрице.
У Фрэнсиса был каф, у Констанс - традиционный калишский отвар из девяти трав и одна витаминная капсула.
Кусок в горло не лез у обоих.
"Что вы можете предложить нам, если в вашей собственной столице можно подорвать имеющее значение здание?", - примерно к этому можно было свести красивые дипломатичные обороты королевы Азаллис, которой предстояло превратиться в префекта.
Это не помешало благополучно заключить ряд нацеленных на объединение соглашений. Но настроение было изрядно подпорчено.
Констанс подозревала, что такие вопросы отныне будут задавать все, с кем удастся выйти на подобный уровень дипломатических отношений. До тех пор, пока виновные не будут уничтожены, и какое-то время после этого - тоже.
А ещё королева пренебрегала фактом присутствия на переговорах Императора, и если бы это было явно... Сезария проявляла бы теперь своё недовольство куда сильней.
А так приходилось глотать это воображаемое горькое лекарство и продумывать работу над ошибками.
- Зря ты настолько качественно ушел в тень, - покачав головой, нарушила она воцарившееся молчание и оправила бортик простого домашнего платья. Это "домашнее" у среднестатистической женщины легко сошло бы за утончённое деловое, стоило только добавить макияж и собрать волосы, но у Констанс были свои представления.
Фрэнсис залпом опустошил маленькую чашку и хмуро глянул на жену. Она же наедине с супругом позволила себе неподобающий на людях жест: закатила глаза.
- Прекрати. Фрэнсис, я знаю, что ты умеешь говорить.
- Спасибо, что заметила, - язвительно ответил мужчина.
- Ты знаешь, о чём я.
- Понятия не имею.
- Ты умеешь говорить, как политик. И умеешь быть Императором.
- Кем? Ты меня с кем-то путаешь. По-моему, я всего-навсего штука, на которую опирается Сезария ради подчёркивания своей...
- Мой Император. Хватит. Я не королева Азаллис.
- А я не политикан.
- Разве? А кто так аккуратно раскручивал меня на признания политического рода тогда, на Миркре? Кто успешно втянул меня в политические же игры на Рун, стоило только мне там оказаться? Кто выдал мне такие прогнозы и расклады, вместе с перспективами, в которые я не могла не поверить, которыми не могла не вдохновиться? Нет, не прикидывайся "всего лишь шпионом", я тебя знаю. И ты сам знаешь, что без тебя не было бы никакого Принципата.
Где-то на середине своей речи Констанс уже принялась активно жестикулировать. Возмущённый голос, заметно порозовевшие щёки, неподдельное негодование в глазах: как всё это было непохоже на то, что Императрица показывала публично.
Фрэнсис с удовольствием пронаблюдал всё до конца, налил себе ещё кафа, свободно откинулся на спинку кресла и... заулыбался.
- Продолжай.
- Ты...
- Да, это я. Давным-давно не слышавший столько комплиментов я. Пожалуй, ради такого стоит примириться с фактом существования Азаллис.
- Вы невыносимы, супруг мой, - фыркнув, заявила женщина, лишь теперь уделившая внимание пряному отвару.
- Данный факт мне известен. Так, что же ты предлагаешь?
- Мы выведем тебя поближе к первому плану. Тем более, что идеальная калишская семья предполагает это.
- Ты хочешь просто изображать?
- Вовсе нет. Как ты заметил, я и так не принимаю решений, не советуясь с тобой. Наши законы, система Патронов, Особое отделение - твои проекты. Всего лишь нужно больше публичности.
Император вздохнул. Как раз публичность он и не любил, но их семья обязана соответствовать калишским идеалам и во внешних проявлениях тоже.
- Пусть будет так.
Констанс не стала прятать радость от положительного ответа.
Но надо было принять ещё несколько решений. Вытекающих из предыдущего.
- Я думала о знамени Восьмого легиона. Знаешь, мне кажется, лучше прибегнуть к официальным каналам. Если у агентуры что-то пойдёт не так, мы получим грандиозный скандал, а это повредит некоторым нашим далекоидущим планам.
Император прекрасно понял, о чём она.
- Сегодня ты намерена выжать из меня всё, что можно, так?
Сезария сочла вопрос риторическим.
- Нужно, чтобы переговоры провёл ты.
- Ещё пара твоих гениальных решений, и можно будет основать дом для душевнобольных имени меня. Других пациентов, будь добра, не подселяй, я могу обидеться.
- Республиканцы тоже должны видеть и запоминать.
- Резонно. Но, боюсь, сегодня я не готов насладиться общением. Думаю, они достаточно терпеливы, чтобы обойтись без моего общества до завтра.
- Так скоро?
- Правило неприятных дел. А если о приятных... ты видела зачистку руководителей отделов тайной полиции?
- Ещё днём. Не думала, что Примария прибегнет к такому решению.
Фрэнсис кивнул.
- Я тоже ожидал более грубой работы.
- Значит, мы можем сделать новые ставки.
- Да.
Было ещё совместное изучение обширного послания от леди Магды Эриксен с полным аналитическим разбором проблемы приведения общества Принципата к общему знаменателю - калишской культуре.
Разумеется, Патрон соответствующего сектора входила в узкий круг посвящённых в планы. С недавнего времени.
Проблема была сложной. Не одна и не две старые, прочно укоренившиеся в сознании культуры имелось в Принципате. И надо было грамотно лавировать.
Появление врага пришлось как нельзя более кстати.
Кстати об этом.
Правители уже были в курсе, что и Республика получила свой подарок класса "теракт".
- И-и-и мы начинаем игру в "кто первый запросит у соседа помощи", - осклабился Император, стоило завести об этом разговор.
- Только если это действительно такой серьёзный враг.
- Думаешь, нет?
- Рассматриваю несколько вариантов. В любом случае, мы должны быть готовы ко всему.
- Мы готовы. А Лехон готов уже... давно.
- По-твоему, стоит..?
Фрэнсис поднялся, преодолел разделявшие кресла три его шага и наклонился, заключая одну ладонь женщины в свои. Сердце Констанс сладко ёкнуло, стоило лишь взглянуть в жестокие серые глаза.
Она увидела то, что в постоянной череде дел разной степени важности позабыла замечать.
До того, как стать её мужем и Сезаром, Фрэнсис был надёжным напарником и другом. Тогда, в хаосе борьбы за власть, Констанс не надо было даже мимолётно задумываться об агентурных вопросах и других делах, которыми мужчина занимался.
Теперь этот спектр был шире. А они вместе немного... застряли в привычных амплуа, когда кое-что надо было пересмотреть.
"Ты давно уже больше, чем главный агент. И больше, чем главный законник. Ты..."
- Раз я Император, положись на меня.
TaonДата: Пятница, 06.03.2015, 13:12 | Сообщение # 23 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. ГМ

Кабинет Сезара


Иногда Император не держал слова.
Он сказал, что займётся дипломатической почтой завтра, но после прощания с женой на несколько часов (а может, и до утра, смотря сколько накопилось дел у него лично и у них обоих в целом), уйдя в свой кабинет, вызвал служанку и в любезных выражениях попросил принести ему стима. Чуть позже, опустошив чашку и вызвав служанку вторично - унести чашку, - засел за терминал. И первым делом открыл общую дипломатическую почту.
Аппетиты Принципата не ограничивались Зайгеррией и Чалактой. Были и другие миры, с которыми два-три года назад началось сначала аккуратное, а затем всё более тесное сотрудничество. Выгоды от этого были разными. Кого-то привлекали превосходно развитые технологии, в том числе в области медицины. Престол и близкие ему корпорации, в особенности "Крейц-Эскол" (в медицинской сфере), а тем более представители государственной военной и даже гражданской промышленности не торопились раскрывать лучшее из того, что показывать можно, не связанным с Принципатом прочными узами. Кого-то привлекала зловещая слава Легиона и Коалиции. Наложенные Республикой ограничения, как думали идущие на сотрудничество, компенсировались высоким военным мастерством и способностью стоять до конца. И на эти, и на многие другие рычаги виртуозно давили сотрудники дипломатического ведомства и их помощники, в один прекрасный день, при достижении нужной степени теплоты отношений, появлявшиеся "в гостях". Посторонним знать о том, что часть их была внештатными агентами Особого отделения, нужды не было.
Одним словом, с дипломатией и дипломатическими играми Фрэнсис был знаком не понаслышке. Теперь же предстояло зайти не с чёрного хода, а с парадного.
Он подозревал, что, рано или поздно, так и получится. С политиками, политиканами и прочей живностью Император предпочитал не церемониться, а проводить разговоры по душам, вытаскивая грязную подноготную, желания и страхи - "И до чего никчёмные у вас мечты, должен сказать", - доводить до предела терпения и лишать моральных сил. Да, расчищать дорогу он умел в совершенстве. Вести учтивые беседы и превращаться в друга, чтобы затем уничтожить одним махом - тоже.
Что ж, если ненадолго отодвинуть мысль об уничтожении и насладиться процессом заигрываний...
Фрэнсис усмехнулся, но глаза его, как обычно, выражали лишь мертвенный холод.
И принялся за сочинение послания набуанской власти. В полагавшихся этикетом фразах (лаконичность их навевала мысли о военных) он изложил, что Принципату стало известно о до сих пор скрывавшихся где-то на Набу остатках Восьмого легиона и дал деликатный намёк, на нормальный язык переводившийся примерно как "они не вышли к вам с поднятыми руками и десять лет спустя, так что не глупите: только наши переговорщики могут сподвигнуть их сдаться. А интересуемся мы в том числе потому, что у них может оказаться знамя легиона. И если мы сможем договориться помочь друг другу, то вы получите полное спокойствие, а мы - знамя и своих людей. И да, вы можете проверить их прошлое и былые дела, разумеется".
Конечно, сформулировано всё это было в куда более деликатной форме. В каком-то смысле, Императора процесс сочинения даже позабавил. Особенно когда он попробовал вообразить себе удивление тех, кто с этим посланием ознакомится. Выхода на связь кто угодно за пределами Принципата мог ожидать от Констанс, но никак не от её супруга.
"Сюрприз, господа".
Сразу же отправлять послание Фрэнсис не стал, вдруг, перечитав позже незамыленным взглядом, он пожелает внести корректировки. Вместо отправки он занялся другими делами.
У Чалакты и Каларбы, и кое-кого ещё, оказалось, появились дельные предложения по дальнейшему сотрудничеству. Этими вопросами Император и занялся.

***

К пяти часам утра пепельница была полна, на столе стояла недопитая чашка стима, а Фрэнсис пребывал одновременно в двух состояниях: весьма благодушном и крайне раздражённом. Как-то ему это удавалось.
На всю ночь его заняла разработка проекта дальнейшей мирной экспансии и дела Особого отделения. Вместе с делами военными, но это уже иной вопрос.
Всё дело было в пиратах.
Сезар ненавидел пиратов. Вместе с остальным отребьем, разумеется. Ненавидел люто и с самой своей молодости. Если бы он мог дотянуться до них всех, он бы не поленился лично поучаствовать в строительстве крематория, в который можно будет отправить их всех разом, а после в философской задумчивости о даре свободной воли, разуме и выборе, потягивая первоклассный виски, любоваться дымом. И потому не стал сильно стараться, чтобы скрыть своё недовольство от Патрона сектора обороны. В последнее время некоторые поставки сектора, замаскированные под обычные конвои, стали уплывать в небытие, поскольку при нападениях полагалось уничтожать грузы, если это возможно было сделать оперативно.
Отвратительно, что это вообще началось. Торговцы страдали от подобных нападений и раньше, но распылять силы ещё и масштабную охоту за пиратами было неразумно. Теперь же государство достаточно окрепло, чтобы выделить силы и на это.
Кроме того, не только Принципат донимали эти пираты. И, учитывая факт совершения терактов в трёх столицах... Пираты могли быть частью некоей организации, выступать именно на той неизвестной пока стороне, или же использоваться ею.
- Мне не приходилось слышать, чтобы в Принципате не хватало мужчин, умеющих держать в руках оружие. Едва ли это причина того, что нападения по-прежнему увенчиваются успехом, как последнее, в системе Тархассан. В чём же тогда дело, Патрон? Неорганизованность? Халатность? У меня есть основания полагать, что в свете последних событий Особое отделение не без некоего удовольствие возьмётся за расследование, - бесстрастно, на первый взгляд, чеканил фразы Император полтора часа назад, среди ночи связавшись с Гуаллтером Глау, знаменитым воином со Сципио, который и занимал должность Патрона сектора. Но за бесстрастностью таилась злость, плавно переходящая в ледяное бешенство.
Лицо генерала круитхни, разукрашенное священными татуировками, заходившими и на наполовину обритую голову, выражало примерно то же самое.
- Инцидент в системе Тархассан был спланирован, мой Император.
- Неужели? Почему я об этом не знаю?
- Анализ на данный момент не окончен.
- Выражаю надежду на то, что ваша инициатива не была напрасна и приведёт нас к цели, Патрон. Материалы - лично мне.
Попрощавшись с Глау согласно этикету круитхни, Фрэнсис поднялся с места и всё-таки подошёл к мини-бару, чтобы плеснуть себе виски.
На очереди был деловой разговор с Примарией тайной полиции. Император намеревался отдать приказ об участии её учениц - неважно, которой именно, - в деле пиратов.
Неважно, какой - потому, что ему и так было известно, какую из них госпожа Шитцу отправит по следу, с почти стопроцентной вероятностью.
Он собирался отдать приказ - он и его и отдал.

***

Что и говорить, беременность Императрицы в государственном плане была во всех отношениях кстати. Это давало Констанс полное право слегка уйти в тень, а Фрэнсису выйти вперёд. Лучшего повода придумать было просто нельзя.
И если через несколько месяцев у Принципата появится кронпринц, ситуация сложится просто идеально.
Оставалось ждать, что скажет Берта Исмар. Император предпочитал надеяться на лучшее.
К идее единения под знаменем калишской культуры и законов он относился с долей фирменной иронии и скептицизма - спасибо, и без этого не дурак. Но некоторые симпатии испытывал. В частности, калишское общество носило характер патриархальный. И это больше отвечало его собственным взглядам, чем иные варианты.
Ещё раз перечитав своё послание, которому надлежало скоро отправиться на Набу по официальному - разумеется - каналу, Император внёс несколько правок, сделав текст ещё глаже, а намёки - приятнее и тоньше, но с тем же самым внутренним содержанием. Прибавил парочку-другую полагавшихся по этикету строчек и отправил.
Многозначительная усмешка, расслабленная поза. Будь Императрица здесь, рядом, она бы сделала единственно верный - для неё, - вывод: супруг весьма чем-то доволен. Доволен и в предвкушении.
TaonДата: Пятница, 20.03.2015, 18:00 | Сообщение # 24 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. Констанс Арманд-Региа

Спальня


Воздушные трассы Штауфгарда находились на таком значительном удалении от дворца, равно как и деловые центры, школы, жилые кварталы, что шум давным-давно проснувшегося города никак не мог помешать императорской чете. Прислуга и охрана, визитёры и очень важные особы тоже не вносили суеты и забот в это позднее утро Фрэнсиса и Констанс.
Хорошее утро.
У Идалис был свободный от занятий день, так что не только родители смогли позволить себе отдохнуть подольше.
Хотя, кое-кто всё равно встал раньше. На два часа позже обычного, но всё равно раньше супруга.
Проснувшись около десяти утра, Император имел удовольствие тайком пронаблюдать за тем, как его жена, растрёпанная и с ярко розовевшими после тренировки с Альбертом Ваймером щеками, вертелась у туалетного столика рядом с ведшей в ванную дверью, приводя в порядок волосы.
Женщина скрылась за стоявшей слева ширмой, разукрашенной узорами в духе южных калишских кланов: розовато-белые цветы на изогнутых под прихотливыми углами тонких ветвях, на нежном кремового оттенка фоне.
Древесные оттенки, золотисто-бежевый, молочно-белый, кремовый и чёрное дерево, и вечно немного приоткрытое окно, и свежий ветерок, колыхавший тонкую жатую ткань балдахина и почти невесомые шторы: обстановка умиротворяла. Тут не было терминалов, датападов, максимум - комлинки. На стеллаже с настоящими книгами и несколькими памятными безделушками вдоль одной из стен - ничего напоминающего о делах.
Дела и так настигали их постоянно.
С ширмы исчезли переброшенные через неё ночная рубашка и лёгкий халатик, а платье осталось на месте. Что-то новенькое. Это значило, что в ближайшее время Констанс показываться на людях не собиралась ни в коем случае.
Из-за ширмы посреди тихой возни раздался приглушенный смешок.
- Я знаю, что ты не спишь, - весело заявила Сезария.
Фрэнсис подумал о том, до чего гармоничными вдруг становятся отношения между мужчиной и женщиной, когда исчезают мелкие бытовые проблемы. Восемь лет назад Констанс носилась по утрам, как ужаленная и обладала удивительной способностью оставить на кухне гору грязной посуды, ничего не приготовив и почти ничего не съев. И расходовала почти всю горячую воду. Список этот можно было продолжать довольно долго. Времени же на исправление недочётов у неё не было. У Фрэнсиса же его было ещё меньше.
Без преувеличения, этот брак спасли статус и прислуга.
- Я тоже знаю, что не сплю, - не смог обойтись без иронии Император. - Хорошие новости?
Констанс всё не показывалась.
- Всё-то ты всегда знаешь. Но не на этот раз.
- Я увижу новости о казнях? - лениво предположил Фрэнсис, решив всё-таки встать.
- Вы с кем-то меня путаете, супруг мой. Нет, я всего лишь получила новости из сектора образования.
Женщина наконец вышла из-за ширмы, запахивая на груди длинный зеленоватый халат с жемчужно-серым ненавязчивым рисунком по подолу и низу рукавов, кроем, прямыми линиями и широким поясом на талии сильно напоминавший традиционные одеяния людей из всё тех же южных кланов Кали.
- Хм... намёк понят. Но я полагал, что, хоть нам и оказалось зачем-то так надо включиться в их любопытный мир, мы всё-таки создадим свои традиции для своего клана.
Констанс хлопнула глазами.
- Не понимаю, о чём ты. Мне всего лишь понравилась ткань.
- Всем сердцем надеюсь на твоё благоразумие. Итак?
- Леди Эриксен прислала мне подробный анализ возможных сложностей с культурным слиянием. Ничего удивительного, нечто подобное и я предполагала.
Фрэнсис пожал плечами.
- За дельные советы мы и сделали её Патроном. А новости?
- Брожение в умах, вот какие новости. Мы задушили измену в высших эшелонах, но не внизу. На Кали и Роммамул готовятся молодёжные выступления, и в системе Тархассан - тоже.
- Гормоны, темперамент, радикализм. Ты сама знаешь, как просто им пудрить мозги. Рассадник вольномыслия выявлен?
- Это Гиндин, вот что мне не нравится.
- Чему удивляться? Там достаточно студентов и с Кали, и с Тархассан - в этом случае прибавь недавние впечатления от нападения, - и с Роммамул, хотя последних будет меньше. Сектор справится самостоятельно.
- Сектор связался с тайной полицией.
- Из-за Кали.
Констанс кивнула.
Фрэнсис подошел к ней и, мягко взяв за плечи, слегка сжал их, глядя в глаза.
- Ты стала слишком много нервничать. Вспомни, что было десять лет назад?
- Всё рухнуло.
- И снова началось. А восемь лет назад?
"Проклятье, да! Я нервничаю! И сама не знаю, что это за чушь".
Железная Императрица на самом деле сделана была из самой обыкновенной плоти и крови. Со всеми вытекающими. И сейчас у неё был тот период, когда для женщины жизненно необходимо чувствовать себя под защитой. Но изменники, преступники, интриганы не дремали и не собирались давать спуску.
Жестокими серыми глазами на неё глядела единственная надежда. И терпеливо ждала ответа, не прерывая паузу.
Констанс сглотнула.
Вдох-выдох. В груди теснит, воздуха будто не хватает.
- Зимний блиц.
- Помнишь, как ты не хотела выходить к ополченцам?
- У них были такие глаза...
- И мы выходили вместе, помнишь? А как мы вступили в Нунурру?
Она помнила.
Опустошенный бомбёжками и чумой город. Неубранные тела на улицах, тяжёлый смрад в воздухе. Вонь и гарь. Обозлённые долгими лишениями солдаты, уставшие до крайности и до тошноты накормленные обещаниями.
И посреди всего этого - они двое. И как-то всё равно находились слова воодушевления и торжества, превращавшие мрачную озлобленность в не менее мрачное, но всё-таки ликование.
Манипуляторы.
Губы Констанс, дрогнув, растянулись в несмелой улыбке.
- Помню.
- Ну и попробуй сравнить это с тем, что есть. Ну? Легче?
"Да, да!"
Наверное, это отразилось в лице, во взгляде. Может, глаза заблестели, взгляд ожил, всё выражение лица ожило. Да, и плечи расслабились.
- Вот и хорошо. Какое у тебя сегодня расписание?
- Я почти свободна, к Берте только через три часа.
- У меня веселее. Но можем пригласить моих сестёр, если хочешь.
Женщина подалась вперёд, явно намекая, что не прочь оказаться в кольце рук.
- Хочу.

Кабинет Сезара


Первым делом, оказавшись у себя, Фрэнсис закурил. Это удовольствие было менее сомнительным, чем общение с господами интриганами. А ими были все политики, в большей или меньшей степени. Идеалист ты или твоя натура отличается приземлённостью, а тропки к своим целям будь добр выбирать изящные.
Другое дело, что у всех были разные представления об изяществе. Чемпионами в категории "своеобразность представления" лично Император назвал бы коликоидов. Без малейшего сомнения.
Но текущие дела связаны были не с ними.
Сначала Фрэнсис занялся дипломатическими делами. Какие-то предложения одобрил, что-то любезно попросил уточнить, а одно отклонил. А пришедший около полутора часов назад ответ от республиканцев оставил на десерт.
Десерт пришелся ему по вкусу: ответ оказался положительным.
Второе послание далось намного легче первого, несмотря на то, что было совершенно пустым и чисто формальным. Что поделать, этикет. Императору даже не пришлось долго думать, кого направить.
Умгул, присоединившийся к Антиреспубликанской Коалиции через восемь месяцев после Кали и ставший одним из главнейших источников денежных вливаний, дарил Принципату лучших финансистов, но не только их. Дипломаты из уроженцев этого мира тоже выходили отличные. Это понятно. Где деньги, там и интриги с разговорами. Много, много разговоров.
Паола Циона - чтобы республиканцам было, с кем поговорить.
И дипломат из южных кланов Кали, Тэтсуо Ито. С солдатами калишского легиона должен говорить человек с Кали. И непременно мужчина. Ну а госпожа Циона слегка смягчит атмосферу переговоров.
Круитхни, насколько знал Фрэнсис, называли дипломатов "филлеанхти" - "говорливые", "болтливые", "болтуны". Увы, как бы ни нравилось Императору такое название, приходилось быть более тактичным.
Раздав необходимые указания, он переключился на дела внутренние, включая самые деликатные - те, которыми занималось Особое отделение. Сегодня тайной полиции повезло: кроме дела студентов, она заполучила и дело пиратов вместе со всеми соображениями аналитиков Сектора обороны и генерала Глау. Только об этом втором расследовании знала лишь Примария и одна из её учениц.
Ещё несколько встреч: что-то в приёмной, что-то в кулуарах Сената... но к пяти часам поток занятий иссяк.
Нет, Фрэнсис взял на себя не всё. Никто не собирался отправлять в отпуск его супругу.
Как бы то ни было, полный набор императорских дел оказался штукой не всегда приятной, но достаточно любопытной.
TaonДата: Суббота, 28.03.2015, 17:43 | Сообщение # 25 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Констанс Арманд-Региа. НПС-Компаньон Берта Исмар. ГМ

Малая гостиная


Лишь глупец мог решить, что Сезария отходит в тень.
Нет, только не она.
Да, кое-какие новости о расширении сотрудничества с пока - лишь пока, как рассчитывали Фрэнсис, Констанс и Шиндай, - более ли менее нейтральными карликовыми государствами вроде Чалакты или Каларбы, которые полагалось донести до широкой публики, теперь связаны оказывались скорее с Императором, чем с ней.
Полновластной Императрицей она стала однажды и навсегда. До последнего своего дня.
Но...
Но живот её заметно округлился, а сохранившаяся общая стройность фигуры служила намёком на то, что нарушение диеты не причина. Скрывать же не было ни повода, ни желания. Служба господина Ваймера не допустит, чтобы с Императрицей что-то произошло.
Констанс взглянула на женщин, сидевших в креслах напротив неё. Одна, брюнетка с находившимися в продуманном художественном беспорядке волосами, не достигавшими плеч, с неугасимыми дикими искорками в светло-карих глазах, поджала под себя ноги, наплевав на сохранность идеально отглаженных стрелок на брюках, следя лишь за тем, чтобы на них не упали крошки печенья. Вторая же, сероглазая, с уложенными в элегантную причёску светло-русыми локонами, была сдержанней в манерах, и за своим узким палевым платьем следила едва ли не так же усердно, как за четырьмя детьми, которых, впрочем, с собой брать во дворец не стала.
А Констанс об узких платьях и разной другой одежде пришлось на время забыть и перейти на фасоны иного рода. Которые она не без удовольствие обсудила с сёстрами своего мужа, Мирре и Эринне Арманд-Крейц. Они и проводили сейчас с ней время.
Обе были замужем за мужчинами северного калишского клана, за плечами обеих был процесс приобщения к культуре, так что несколько часов - до запланированного визита в медицинское царство Берты Исмар, - пролетели незаметно.
Мирре - старшая, брюнетка, - цапнула ещё одно печенье, но прежде, чем его постигла участь предыдущих, подмигнула Констанс.
Имела полное право. Сёстры Фрэнсиса были единственными во всей галактике женщинами, с которыми Сезария могла время от времени просто поболтать, как с... подругами. Которых у неё не было с самого университета.
- Вообще, Берта тебе обо всём лучше расскажет, да и ты сама знаешь всё, что надо. Главное не волнуйся. Я своего второго родила год назад, и всё отлично.
- Учитывая, что Мири у нас эксперт по бактериям и прочей мелочи, то...
- Кто бы говорил, госпожа "префиксальный способ аффиксального словообразования", - ехидно, но не зло огрызнулась старшая.
Констанс, ни много ни мало, по-девичьи захихикала, вытягивая на диване затёкшие в предыдущем положении ноги.
- Если серьёзно, то кланы отметили, что наш брат стал... более заметен, - с улыбкой сообщила Эринне, чинно отпив из чашки. - И становятся более оптимистичны относительно общего будущего.
Сезария тоже сделала глоток тёплого травяного напитка с мелкими кусочками фруктов и позволила себе второй кусочек домашнего зефира прямо с кухни дворца.
- Тогда можно не волноваться о будущем клана Арманд.
- О-о...
Гостьи переглянулись и вместе уставились на подругу, ожидая подробностей. Характером они, может, и сильно различались, зато лицами очень походили на своего брата, а некоторыми повадками - друг на друга.
- Нет-нет, не заставляйте меня уничтожать интригу! - протестующе замахала руками Констанс, добавив к списку сегодняшних нарушений правил этикета ещё одно. - Тем более, я уже и так всё вам выдала.
"Одним словом".
Мирре пожала плечами.
- Ладно. Тогда как назовёте?
Эринне рассмеялась.
- Имя не знаю, зато... ох. Зато окончание будет "-с" или "-ис", понятно же.
- Не угадали, - слегка растягивая гласные, нараспев произнесла Констанс. Поманив обеих пальцем, чтобы наклонились, она нагнулась над низким столиком:
- Если будет мальчик, то...

Кабинет Берты Исмар


Всё здесь выглядело так, что и самому редкостному из педантов могло стать некомфортно.
Совершенно идеально.
Всё и почти без исключения по линеечке. Что не по линеечке, то организовано по какому-то иному очевидному принципу.
Многое - по нескольким сразу. Книги, например, расставлены по тематике и цвету одновременно.
Зато оба кресла посетителей подстраивались под анатомию. Очень удобно. Никаких попыток устроиться получше, ёрзая при этом как можно незаметней.
А как удобно спине... Очень актуальный в последнее время и в ближайшем будущем вопрос.
Констанс, садясь, непринуждённым жестом оправила свободную блузу с пояском под грудью и принялась гипнотизировать своего личного врача выжидающим взглядом.
Берта - идеально уложенные светлые волосы, строгое белое платье, как всегда, идеально отглажено, та же история с белым халатом, а на светлых лакированных туфлях, под столом не видных, наверняка ни одного следа столкновений со ступеньками и другими вещами, - оторвалась от датапада и отложила его в сторону.
- Сезария.
- Здравствуй.
- Сезар не придёт?
- Увы, нет.
- Ну, что ж... - не полагается врачу, как бы ни был он близок к царствующей семье, влезать в подробности государственных дел. Даже если они не позволяют главе семьи присутствовать при сообщении новости, которую в силу важности стоит озвучить лично. Озвучить и поздравить.
Тем более, если так.
Констанс подалась вперёд.
Только прохлада стола под ладонями лишь распалила интерес.
Интерес... неподходящее, в корне не подходящее к такому слово.
Судьба государства на кону. Кто будет править, когда нынешние властители уйдут... к Предкам, как говорили калишцы?
Кто?
Звенящее и безмолвное напряжение. В груди, под сердцем, в мыслях.
Кто?
"Кто?"
Улыбка Берты. Понимающая, спокойная.
В ней... надежда.
И... ответ?
Берта тоже подалась вперёд, совсем чуть-чуть.
- Моя Императрица. У вас будет мальчик.
Улыбка не исчезает.
Берта будто и себя успокаивает. Будто и сама ответа не знала. Прожила томительные секунды вместе с Констанс.
И пока та пытается осмыслить, повторяет:
- Никаких сомнений не может быть. Это, - достав из ящичка стола, двигает пальцем к рукам Императрицы инфочип, - все файлы обследований. С голографиями. Его высочество кронпринц ещё не вполне похож на себя, но...
"Кронпринц".
Надо же. Констанс была мастером воплощения в жизнь самых невообразимых и грандиозных планов, но всё лучшее, что связано с её личной жизнью, с личным счастьем, случалось незапланированно.
Планированию и подсчёту не поддавалась так незаметно и неожиданно настигшая любовь к собственному мужу. И Идалис. И теперь...
Да, не поддавалось всё это логике.
У машин всё было не так. Если срок постройки суперлинкора определён, то таким он и окажется.
Срок подходил. Уже совсем скоро. И дата секретной поездки на Лехон определена точно.
Надо было только дождаться разрешения вопроса со знаменем Восьмого легиона и кое-чего ещё.
Дитя людей увидит дитя машин, достойный себя корабль, ещё до своего рождения.
Много путешествовать Берта не рекомендовала. Но железные Императрицы не отходят от дел. Никогда.
ArkrayneДата: Понедельник, 27.04.2015, 10:04 | Сообщение # 26 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 812
Награды: 38
Ну почти «Л»
Джанек Ордо
-->Орбита Рун
Тронный зал

Прием, устроенный Джанеку, был поистине шикарен. В доке его встречала целая делегация, которая проводила его в транспорт, в транспорте сидел гид, который рассказывал о главных достопримечательностях, по крайней мере, о тех, мимо которых транспорт пролетал, и от дверей транспорта до самого зала, где, по идее, и должна пройти встреча с Сезаром и Сезарией, его проводил дворецкий, разумеется, остановившись в дверях дворца для первичного досмотра и разоружения, что очень не понравилось ни Мандалору, ни сопровождавшему его воину. Броня Джанека, может, и обладала внушительным арсеналом, который не требовал всяких пистолетов и винтовок, чтобы положить конец десяткам жизней, но расставаться с ручным оружием было немного неприятно. Не по традициям. Но, в конце концов, охрана делала свою работу - убеждалась в том, что жизни их господ ничего не угрожает. Да у Джанека и в мыслях не было вредить правителям планеты и всего Принципата: пытаться убить политических лидеров в одиночку - чистой воды самоубийство.
Стоило дверям зала закрыться, как Джанеку стало немного не по себе. Его оставили ждать. И думать над тем, что он сегодня скажет. Может, это и к лучшему. Сняв шлем и положив его на стол, Джанек встал в позу телохранителя и стал ждать.

'Evil' is a word used by the ignorant and the weak.
The Dark Side is about survival.
It's about unleashing your inner power.
It glorifies the strength of the individual.
TaonДата: Понедельник, 27.04.2015, 21:32 | Сообщение # 27 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. Констанс Арманд-Региа. НПС-Компаньоны Альберт Ваймер, Грета Исмар

Тронный зал


За закрытыми дверями собралось четверо.
Император. Как всегда, собран, серо-стальные глаза сурово, колко взирают из-под низко нависших над ними бровей. Как всегда, форма со знаками различия главнокомандующего Особым отделением идеально выглажена. С непробиваемой холодностью сплетается царственный лоск.
Императрица. Водопадом, каскадом по плечам, покрытым дорогой тканью чёрной церемониальной мантии, не скрывающей наряда, - каштановые волны волос. Длинное платье жемчужно-сиреневого цвета - мягкими складками. Оно не пышное, и это подчёркивает хрупкую фигуру. С хорошо уже заметным, округлившимся животом. Под грудью - чёрный поясок. Точно под скромным, элегантным аграфом мантии, в клиновидном вырезе, - тонкой работы колье. Серебристые скруглённые зубцы его немного темноваты, как и серьги из того же комплекта. Это не свидетельство отсутствия подобающего ухода за украшениями, но благородный след времени.
Темноволосый мужчина в дорогом деловом костюме впивается в женщину обеспокоенным взглядом пронзительно-синих глаз. На скулах вот-вот заиграют желваки.
Молодая блондинка, тоже в деловом, и с датападом в руках, наблюдает за этой сценой с еле заметной улыбкой.
- Может быть, мне оставить вас? - и голос её мягок, деликатно вкрадчив.
- Нет, - бросает Сезар, сам глядя на командира службы безопасности правящей семьи. - Позже.
- Как вам будет угодно, мой Сезар.
"Да", - думает он. И на этом вопрос исчерпан.
Зато Ваймер насчёт своего вопроса думает иначе.
- Сезария. Я не настаиваю на присутствии охраны. Только на своём.
- Никакой правитель не станет пытаться совершить покушение прямо здесь. Это самоубийство, Альберт.
- Я видел больше самоубийц похожего рода.
- Но не государственного уровня.
- Довольно, - обрубает Император. - Вы и без присутствия будете знать, что здесь происходит. Но только вы.
Командир сгибается в почтительном поклоне.
- Это больше, чем я мог желать.
Ближний круг прошёл вместе с Фрэнсисом и Констанс сквозь огонь войны за жизнь для Принципата. За власть.
С ними можно и нужно, и приятно говорить. Не приказывать.

***

Долго ждать Мандалору не пришлось.
Едва ли минута прошла.
Массивные двери открылись перед ним сами.
В меньших, задних дверях исчезли женская и мужская фигуры - знак доверия.
В тронном зале остались лишь Сезар и Сезария.
Они одновременно поднялись с двойного трона. Мужчина галантно поддерживал женщину под руку.
В его облике - безоговорочная властность.
В её - кроткая мягкость.
Непоколебимая опора и обвивающаяся вокруг неё нежная цветущая лоза.
И кому есть дело до того маленького факта, что прекрасные цветы ядовиты?
Констанс непохожа на ту властительницу, которую привыкли в ней видеть. Словно муж наконец-то забрал то, что должно ему принадлежать.
Но... у неё ведь есть веская причина.
К трону ведёт череда ступеней.
Сезар и Сезария церемонно спускаются навстречу Мандалору.
За ним право первого слова.
ArkrayneДата: Понедельник, 27.04.2015, 23:21 | Сообщение # 28 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 812
Награды: 38
Ну почти «Л»
Джанек Ордо
Тронный зал

Как оказалось, зал, в котором, по мнению Джанека, должна была происходить встреча с Сезаром и Сезарией, оказался всего лишь приемной к тому самому залу. Взяв шлем под мышку, Мандалор в сопровождении воина с чемоданом вошел в только что открывшиеся двери, которые вели в тронный зал. Навстречу гостю уже спускались по ступенькам Сезар и Сезария, которая явно ожидала пополнения в семействе, и Ордо уверенным шагом направился к ним. Остановился Мандалор в двух шагах от своих будущих собеседников, дабы не нарушать их личное пространство.
- Приветствую вас, Сезар и Сезария, правители славного Принципата! Я - Джанек Ордо, Мандалор. С нетерпением ждал нашей личной встречи, - как и многие мандалорцы, Джанек был немногословен по отношению к ауретиизе, поэтому его приветствие звучало... Суховато. Но тем не менее, люди напротив протянули руки для приветствия. Малознакомый с правилами аристократического этикета Мандалор сначала крепко пожал руку Сезару, а потом, на мгновение замешкавшись, вспоминая, что во всей Галактике женщинам руки не пожимают, а целуют, как можно более аккуратно и нежно взял руку Сезарии и на мгновение прислонил тыльную сторону ее ладони к губам. - В знак доброй воли прошу вас принять эти скромные дары!
Джанек нервничал. В конце концов, это была его первая внешнеполитическая встреча. А он и слова не дал вставить ни Сезару, ни Сезарии. И слишком поздно понял, что, наверное, зря. Но краснеть мандалорцы не умели. И Джанек просто указал рукой на чемоданчик в руках воина, который поднял его на уровень груди и открыл. В нем лежал пирог удж'алайи и бутылка лучшего в Галактике тихаара из личных запасов самого Джанека.

'Evil' is a word used by the ignorant and the weak.
The Dark Side is about survival.
It's about unleashing your inner power.
It glorifies the strength of the individual.
TaonДата: Вторник, 28.04.2015, 00:29 | Сообщение # 29 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
НПС-Персоналия Фрэнсис Арманд. Констанс Арманд-Региа

Тронный зал


Император не поменялся в лице ни разу. Ни в тот момент, когда протянул для приветствия руку, ни в какой-либо из последующих.
Но мысленно он подметил, что Мандалор предстал без шлема.
"Хороший балл в вашу пользу".
По выражению лица и тяжёлому, как всегда, взгляду правителя и главного разведчика и полицейского невозможно было понять ничего.
Вот сопровождавший Мандалора воин демонстрирует дары, и... вновь ничего.
Лишь церемонный наклон головы в знак признания.
- Пусть этот день накрепко запечатлеется на страницах истории, - ни слова сверх положенной этикетом нормы. Интонация ровна. - Так, как крепко уважение Принципата к Мандалору.
Обстановку разбавляет Сезария.
Когда Джанек Ордо целовал её руку, она улыбалась. Улыбкой обворожительной, но без малейшей ноты флирта.
В глазах - вежливый интерес.
Искорка благодарности, немного радостного удивления - когда видит подарок.
Всё точно по нотам.
Желание переглянуться с супругом - задавить на корню.
Посторонние мысли - тоже.
Ничто не должно нарушить игры.
Ничего лишнего.
Всё лишнее - только наедине.
- Господин мой Сезар и я рады приветствовать вас в этих стенах, Мандалор. Благодарю вас за ваш дар, - добавив чуть-чуть тепла в голос, легчайшую бархатную нотку.
- Выражаю надежду на то, что наша встреча послужит началом, - аккуратно закруглил Фрэнсис.
Фразы, которые должны быть немного разнесены во времени, соединились в один небольшой поток. Но... это было не так страшно.
"Воинов нечасто учат грязному искусству дипломатии и политики, не так ли?"
Вытащив из кармана небольшой коммуникатор, он нажал на кнопку. Тут же открылась задняя дверь, и в тронном зале появилась светловолосая молодая женщина в костюме с узкой юбкой до колен. Но непринуждённой походке это ничуть не мешало.
Сдержанная протокольная улыбка - как приклеенная к лицу. Но при этом она почему-то не выглядела совершенно фальшивой.
Грета Исмар замерла немного позади Сезара и Сезарии, на Мандалора не поднимая глаз.
- Вы позволите? - аккуратно осведомилась она, грациозно поведя рукой, чтобы невзначай указать на подарок.
Немного неэтично было бы заставлять воина держать его на протяжении всей встречи.
ArkrayneДата: Вторник, 28.04.2015, 01:23 | Сообщение # 30 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 812
Награды: 38
Ну почти «Л»
Джанек Ордо
Тронный зал

Фрэнсис Арманд был выше, чем его представлял Джанек. И выглядел моложе своих лет. Чего уж там, он выглядел моложе Джанека, который, в отличие от Императора, выглядел старше своих лет. Да и Сезария выглядела моложе Джанека. Чисто по внешним признакам Мандалора можно было назвать самым старым из здесь собравшихся. Но это едва ли было бы правдой.
Когда супруги заговорили, Джанек опешил. Их речь была... Иной. Такой Мандалор никогда не слышал. Они произносили слова так, словно этот язык, общегалактический, придумали именно они. Более того, их фразы дополняли друг друга и Мандалору потребовалось несколько секунд для того, чтобы хотя бы вспомнить, что он хотел сказать. Когда в руке Сезара появился коммуникатор, Джанек изо всех сил держался, чтобы не приставить к его горлу один из виброножей, скрытых в наручах, но ограничился лишь недовольным взглядом. Таким же взглядом он следил и за вошедшей девушкой. Эта ауретии не должна была увидеть лица Мандалора. Он и так наступил себе на горло, показавшись без шлема Императору и Императрице. И недовольное выражение его лица очень красноречиво давало об этом понять. Девушка не смотрела на него, но Джанек знал - она его видела. Через несколько мгновений чемодан перекочевал из рук воина в руки этой девушки, и воин позволил себе комментарий на мандо'а, чтобы никто, кроме Джанека его ненароком не понял:
- Эта шавка не должна была здесь появляться. Она видела твое лицо без твоего согласия. На твоем месте я бы не простил такого пренебрежения нашими традициями, брат Мандалор.
- Именно поэтому ты и не на моём месте, Керо, - также на мандо'а ответил Джанек, после чего Керо отошёл к дверям. Он знал, что разговоры политических лидеров должны слышать только политические лидеры.
В воздухе тем временем повисла неловкая пауза. Выдохнув, Джанек уже на общегалактическом обратился к Сезару.
- Прошу прощения за то, чему вы только что стали свидетелями. Каждый брат имеет право на то, чтобы высказать своё мнение, и я не в праве отказывать. Итак, не пора ли поговорить о делах?

'Evil' is a word used by the ignorant and the weak.
The Dark Side is about survival.
It's about unleashing your inner power.
It glorifies the strength of the individual.
Форум » Архив ФРПГ » Рун » Императорский дворец
  • Страница 2 из 7
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 6
  • 7
  • »
Поиск: