Лето - это маленькая жизнь... Мир! Труд! Спать! Гость, голову не припекает? МЧС России предупреждает: на Лиге ожидается шторм #лето #SwL2018
[ Новые сообщения · Форумчане · Правила форума ]
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Архив - только для чтения
Форум » Архив ФРПГ » Иные территории » Раттатак
Раттатак
XenomorphДата: Суббота, 29.10.2016, 20:18 | Сообщение # 31 | Offline
Joey
Группа: Гейммастер
Сообщений: 5977
Награды: 133
Ну почти «Л»
ГМ

Внутренний оборонительный эшелон


Артиллерийская подготовка по заданным координатам продолжалась в течении двух с небольшим часов и все это время земля содрогалась, корчилась в агонии, разрывалась болезненными всплесками, обращая привычную картину столичного региона в неузнаваемую пустыню.
За уничтожение складов и мощного оборонительного рубежа легионеры решили взяться основательно и совсем нескромными силами, а именно десятью сверхтяжелыми артиллерийскими батареями, общей численностью в шестьдесят орудий, принялись потрошить поверхность планеты, вскрывая чрево несчастного Раттатака. За эти два часа не слышно было ни стона, ни крика, ни рева двигателей, ни звуков перестрелки. Пожарища, распространившиеся на огромную площадь, привели к выбросу в атмосферу гигантского по своему размаху черного, коптящего облака, что разрасталось с каждой минутой все больше. Всего через час обстрела смерть в виде бесформенного черного облака распространилась на весь столичный центр, а в высоту весь этот ужас поднялся аж на три километра.
Вслед за активной артиллерийской подготовкой последовал приказ к штурму и легионеры вместе с дроидами, не чувствительными к отравленной атмосфере, бросились на оборонительные рубежи. Первые, в силу своего органического происхождения, принялись совершать фланговый маневр, а машины пошли в самый центр бушующего пламени. Удивительно, но всего через полтора часа весь этот крупный рубеж был взят с минимальными потерями: всего четыре легионера было убито и всего два дроида уничтожено. Потери же обороняющейся стороны исчислялись тысячами, а еще через час счет шел уже почти на десять тысяч убитыми. При поддержке артиллерии и танков атакующие полностью сломили оборону неприятеля и теперь, не видящие возможности отступать и зажатые в котел, силы неприятеля сдавались в плен.
Действительно, военную операцию на Раттатаке можно было назвать самой скоротечной и успешной из всех, проведенных за последние десять лет.
Императору, которому строго наказали приближаться к центру столице, сообщили, что маленькая война окончена. Свыше пятидесяти тысяч выживших родианцев, составлявших половину из наемной армии, сдались в плен на милость Его Величества, а раттатаки, потеряв свою поддержку, кто сдавался, следуя примеру, а кто бежал, куда глядят глаза.
- Ваше Величество, - начал Гельтер, подходя к Императору. - Блицкриг завершен. Вражеские силы разгромлены, а те, кто выжил, предпочли сдаться в плен. Мы полностью контролируем столицу и ближайшие крупные города.
TaonДата: Среда, 09.11.2016, 20:10 | Сообщение # 32 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Разрушенный город.
На подступах к складам


Прошлое не умирает. Так или иначе, отказывается от него обладатель или нет, оно всегда где-то рядом.
Оно всегда внутри.
И даже те, кому выгодно казаться его не имеющими, выглядеть людьми, явившимися из ниоткуда, из туманной дымки, не исключение.
Фрэнсис не бежал от прошлого, не боялся, не стыдился и не бравировал. Он использовал.
Первый час боёв за оборонительный эшелон и регион Валары Сезар посвятил общению с теми офицерами, кто были готовы уделить ему время. Гельтер к ним не относился, но таить обиду ни на секунду не пришло в голову. Генерал должен выполнять свою работу. А правитель, когда ему наскучит надоедать военным, найдёт себе ещё одно занятие.
Идея была так себе. Лишь бы чем-то заняться, раз уж в бой никто пускать Императора не собирался вплоть до самого последнего сражения. Не в рамках "миротворческой операции", но за умы и души.
Идея была такова: если у солдат Принципата (особенно ветеранов войны Коалиции) есть личные идентификаторы, почему бы не занять руки поиском чего-нибудь своеобразного у трупов врагов?
Профессионалы, не считая любителей позерства, стараются хранить анонимность. Когда такие идут на дело, у них не найти настоящих документов. Фрэнсис дал бывшим обладателям вполне живых мозгов фору, предположив, что эти наёмники из разряда знающих элементарные вещи, и не намеревался искать ИД-карты.
Но порой находится непримечательная мелочь, которая всё портит.

***

У дома не было второго этажа и задней стены. С восточной стороны открывался великолепный вид на бывшую гостиную, где обломки мебели громоздились, поспешно сдвинутые к груде камней, а чуть подальше в ряд лежало четыре не полностью распотрошенных трупа. Два родианца, человек и раттатака.
Обнаженный до пояса высокий мужчина неторопливо отмывался от крови, стоя в открытой взору ванной. Мощные мышцы выступали под кожей, а в пыльном треснувшем зеркале отражалось хмурое лицо, огромный тёмный синяк на правом плече, в очередной раз заполученный благодаря излюбленной E-100.
Ополоснув напоследок руки, он поднёс под тонкую струйку, сочившуюся из-под толстой насадки мощного фильтра, и терпеливо дожидался, пока походная фляжка наполнится. Можно было и поторопиться, но это чревато гадкими последствиями. Его Величеству Императору не улыбалось уныло гадить в уголке, пока солдаты маршируют по раттатакской столице.
Вынув из кармана два небольших продолговатых предмета, ничуть не похожих на обыкновенные чипы, Фрэнсис неслышно хмыкнул, чуть подкинул их, легко поймал и положил обратно. Достал комлинк.
- Капитан Тёнис-Дермот.
- Ваше Величество? - спокойно отозвалась главная связистка "Эрменериха". В два слова неповторимым оттенком деловой интонации ей удалось вложить как намёк на безусловную готовность мгновенно выполнить любое распоряжение, так и профессиональную уверенность.
- Через десять минут я передам два сообщения. Первое транслируйте Фолькерту Крейцу, второе объекту "Элленхейд". Приоритет максимальный.
- Будет сделано.
За те десять минут Фрэнсис успел одеться. Что поделать, ему было неудобно заниматься поиском интересных штучек в нутре павших за неправое дело, облаченным в броню. Пусть даже она отличалась удобством.
За свою безопасность и соблюдение секретности он не боялся: никто не смог бы приблизиться в обход палатинов и воссоединившихся при его персоне HK-дроидах.
Сообщение для главы "Крейц-Эскол" отличалось необыкновенной пространностью. Но лишь из-за описания обстоятельств и самих имплантатов, найденных в телах. Приказ же был прост: найти источник, если он в Принципате или где-то поблизости.
Фолькерта никак не назвать человеком заурядным. Но "объект Элленхейд", - уже двадцать второй псевдоним, - мог бы легко потягаться с ним.
- Здравствуй, Гектор. У меня есть для тебя деликатные дела. Во-первых, возглавь моих фрументариев. Все инструкции найдёшь в стандартной ячейке. Во-вторых, Сезария скоро будет набирать себе фрейлин. Позаботься, чтобы одна оказалась адептом и хотела меня. Казним через месяц. В-третьих, Гхадорсск должен начать раздумывать о том, чтобы проявить себя на охоте. На нашей территории не должно быть культов, которые нам не служат. И тем более, о которых мы не знаем. Можешь использовать любые ресурсы, особенно своё умбарское прошлое. Встретимся на Рун, обер-фрументарий, в Башнях. Отбой.
"Да, Гектор, ты всё поймёшь верно. Если я просто отдам приказ начать охоту на ублюдков, которые балуются своим мнимым могуществом и не снисходят до того, чтобы склониться, придётся платить. Слишком много платить. Я не рискну возложить такое бремя даже на неймодианцев. Но если Гхадорсск заявит мне о собственной инициативе: это игра уже по другим правилам".
Для идеальной работы системы недостаточно верно организованной и действующей структуры территорий, власти, многого другого. Специфические ресурсы тоже обязаны быть задействованы, став идеально подходящим ко всей конструкции великой державы камушком. Или утилизированы.
"Да-да. Я достаточно нагл, чтобы считать, что мы можем растить собственные адептские кадры. Мне, милостивые господа, не нужны героические хранители-джедаи. А тем более, бездарные подражатели раката. Потому бездарные, что неспособны дойти до черты, за которой эта... Сила сама же их выблёвывает, совершая то самое великое освобождение. Нет. Мне нужны особые солдаты".

Внутренний оборонительный эшелон


Развороченные, разнесенные вдребезги конструкции оборонительного рубежа. Воронки от попаданий снарядов, похожие на разверстые в немом отчаянном вопле рты. Огромные, беззубые.
Будь Фрэнсис адептом, он бы чувствовал... боль?
Возможно.
Неважно. Императору не требуется столь остро ощущать последствия своих решений, как и судье - казнить приговорённого и лично оттирать его кровь.
Каждому своё.
На Раттатаке он стал часто думать об адептском племени. Здесь один за другим нашли свою смерть все те из них, кто приложил руку к разжиганию конфликта или... просто участвовал. Одни от бывшей обер-фрументария. Другие от машин.
Нестабильный элемент. Опасный элемент. Но Фрэнсис умел обращаться с непростыми друзьями. Главное подобрать ключик. Но здесь и возникала небольшая проблема.
Вся подготовка императорских фрументариев была завязана на покойной госпоже Сагот. Неприемлемое отношение к командиру. И новый глава маленькой, но важной службы обязан исправить необходимую ошибку первых лет.
Ещё одна такая ошибка из рода вынужденных уступок - позволить неучтенным адептам тёмного толка жить на подвластной территории.
Когда-то средств на всё, что хотелось сделать, катастрофически не хватало. Но времена изменились. И Фрэнсис окончательно решил, что право на жизнь оставит только за теми, кто готов свои необычные способности положить на алтарь Принципата.
За теми, кто подобен фрументариям. И такими последователями тёмных путей, как директор пресс-службы Его Величества.
Это решение не оставляло возможности "исправиться". Кто всё ещё не на службе, тот обречен. Но время войны под личиной мира не подходит для ежеминутного милосердия. В галактике предостаточно желающих погубить дело всей жизни Сезара. И тёмные культы порой куда хуже продажных политиков.
"Всем придётся запомнить: мы вам не по зубам".
Вдалеке, за нескончаемыми массивами скал, в толще породы лежала столица. Фрэнсис, возвышаясь на огромном куске какого-то оборонительного сооружения, разбитого при обстреле, глядел в ту сторону, но увидеть города ещё не мог.
Челнок стоял не меньше чем в ста метрах. Посадить его ближе пилоту не удалось, а путь до этой обзорной площадки пролегал, бешено петляя, сквозь мешанину обломков и обгорелых трупов. Но это стоило того. Вид открывался недурной. Не зря Сезар впал в столь задумчиво-созерцательное настроение. Но ненадолго.
По плите, рухнувшей так, что образовала мостик между огрызками мощных конструкций, подошел генерал-майор.
- Ваше Величество. Блицкриг завершен. Вражеские силы разгромлены, а те, кто выжил, предпочли сдаться в плен. Мы полностью контролируем столицу и ближайшие крупные города.
- Меньше суток, Вигхард, - отметил Фрэнсис, не снимая шлема. Иначе рисковал надышаться дымом. - И в таких условиях, на такой планете. Как по мне, это блестяще!
Вынув из ножен клинок Лиг, Император торжественно отсалютовал командиру своей дивизии. А, уже убирая меч, добавил:
- Признателен, что смог поучаствовать. Но пока мы обойдёмся без отличных новостей на весь Принципат.
- Нам нужно сохранять молчание?
- Да. Если всё пройдёт по плану, через десять дней мы покинем это место.

Валара


Столица не была самым крупным городом планеты. Символ власти, водоворот кровавых интриг, административный центр и место, где расположена главная, огромнейшая арена. Безжалостное юное сердце, выращенное усилиями рабов: вот, что такое Валара.
И она более не принадлежала Раттатаку. Одно слово Императора, и её не станет.
Не главное, но приятное проявление власти.
Ещё одно: право решать судьбу тысяч пленных.
Сначала, когда Линц и Гельтер спросили, что с ними делать, захотелось отдать простейший приказ. Но сразу же вернулась мысль, впервые пришедшая во время исследования родианских внутренностей. И Фрэнсис затребовал к себе наёмнических командиров.
Жестокое возмездие - это неплохо. Но много интереснее устроить маленький переворот. Пусть родианцы сами накажут свою планету. Пусть займутся небольшой переделкой режима. Иначе туда придёт Армада, а об этом пожалеют все без исключения.
Мотивировать работников политической кухни только кнутом Император не стал. Он посулил и кое-что вкусное, но в умеренной, тонко выверенной дозе. Возложить все надежды на этот ход - глупо, но посеянное семечко имело шансы вырасти.
После пришло время повидать столицу.
Не таясь и сняв шлем, Фрэнсис ехал с палатинами на броне одного из Ирбисов. Огромные створы ворот города были разворочены, великолепный орнамент, вырезанный на поверхности скалы - расколот.
Танк остановился у входа. Маневрировать внутри скального массива они не могли: путь предстояло совершить пешком.
Жители не встречали победителей ни приветственными криками, ни пальбой. Но, маршируя по центральной улице к дворцу Совета Аристократов вместе с солдатами, калишскими гвардейцами и опаснейшими дроидами, порой Сезар замечал любопытных. Те спешили убраться от окон или держались подальше, не приближаясь и на два десятка шагов.
Не грохотал марш, не сотрясала воздух воинственная калишская песнь, воинственная и вдохновляющая. Но казалось, всё же где-то она звучала.
В ритме. В пропитанном страхом, триумфом и разрушенными амбициями воздухе.
На вершине дворца трепетало белое полотнище. Едва заметно сощурившись, Фрэнсис удобнее перехватил шлем левой рукой и шагнул на бело-золотистые ступени.
Раз-два. Раз-два. Шаги живых воинов Принципата.
Раз-два. Раз-два. Тяжелая поступь машин.
Лишь самая малая часть императорских сил вошла в столицу. Во дворец направилось и того меньше. Но мерное, неотвратимо приближавшееся к залу, в котором ожидали миротворцев выжившие члены Совета, звучание этого марша было подобно грохоту неутомимой машины смерти.
Вот и огромные колонны по сторонам, и плиты тёплого песчаного цвета под ногами, не раз прошедшимися по крови.
Вот и панно на стенах, и стол, у которого разгоралось столько споров, скандалов, сплеталось столько интриг.
Вот и они. Аристократы. Их должно быть двадцать четыре, но выжило пятнадцать.
Фрэнсис неторопливо смерил каждого и каждую ледяным тяжелым взглядом. И отчеканил:
- Я, Фрэнсис Арманд, Его Величество Сезар, Лорд-протектор каларбианский и талораанский, объявляю миротворческую операцию завершенной, а вас предателями интересов Конгломерата Раттатак. Действуя в интересах его народа, лишаю вас всех постов и званий.
Благороднейшие и теперь обездоленные потрясённо переглянулись. Один, выкрикнув что-то на родном языке, вскочил.
Император спокойно продолжил говорить.
- Но я не вижу здесь...
Выстрелы на несколько мгновений расцветили воздух, прожгли каждого из бывших правителей Конгломерата. И Фрэнсис, повернув голову, кивнул Перси и HK-AR.
Их убийственная миссия завершилась.
- Не вижу здесь, среди вас, достойных жить, к тому же.
TaonДата: Пятница, 11.11.2016, 16:14 | Сообщение # 33 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Дворец Совета


Раз-два. Раз-два. Размеренные, словно громкий секундный ритм, шаги одного человека.
Громкий в мертвенной тишине стук положенных на стол винтовки и шлема. Неспешный разворот, стальной взгляд.
- Раттатакам, господа, надо узнать, что завтра в местный полдень я жду их бойца на арене. Если я одержу победу, то сам сформирую новый Совет Аристократов и решу, как он будет править. Если проиграю, они будут жить по своему усмотрению. Сражаемся на традиционных мечах.
Гельтеру не нравилось такое решение. Фрэнсис знал это ещё на стадии планирования операции и воочию видел сейчас. Лица остальных живых воинов Принципата были скрыты шлемами или калишскими масками.
- Если я умру, окажите всестороннюю поддержку Императрице и моему сыну. Это всё.
Сезар не остался в полном одиночестве. Генерал-майор со своими людьми на время покинул дворец, часть охраны и дроиды разошлись по сопредельным помещениям, ещё раз проверяя, чиста ли территория. А трое калишцев были рядом. Грозные стражи высочайшей персоны и наблюдатели за ним.
Он обогнул стол. Взглянул в пустые мёртвые глаза ещё недавно хорошей сторонницы, Амары Дженос. Чей выстрел угодил ей в сердце - Перси или HK-AR?
"Ты была просто частью порочного механизма. Вот, что приносит ваша драгоценная культура. Но я знаю, как её подправить".
Эйдо Кэлио, второй представитель Конгломерата на приснопамятной конференции, лежал рядом. Совершенное единство в смерти.
Переступив через край длинного плаща Кэлио, Сезар отправился в его покои.

***

Ящички полированного дерева возвышались даже с трёх сторон столешницы. А в правом нижнем, со сломанным замочком под старину и светлыми полосами от обуви на ножке, к немалому удовольствию оказалось возможно найти недурной набор крепких напитков.
Левую стену занимала коллекция холодного оружия, правую - огромный гобелен, где в примитивную сцену пустынной охоты была искусно вписана карта владений благородных домов.
Красивый, кичливый символ их власти, ставшей теперь такой хрупкой. Иллюзорной. Призрачной.
У этой стены Фрэнсис овладел бы своей женщиной во второй раз.
В первый же - там, в зале собраний. На том самом столе, где строились и рассыпались планы, где рука об руку сидели жажда власти и ненависть.
Слушал бы трепетные стоны, наслаждался игривой дерзостью и жаркой теснотой.
Но этой женщине нечего делать на ещё не полностью усмирённом Раттатаке.
Если не учитывать, что завтра Император рисковал умереть на потеху лысым дикарям...
"Кажется мне, здесь пора звать куртизанок, а?"
Он щелкнул зажигалкой, закуривая. Плеснул в бокал бренди и сразу опрокинул в себя первую порцию. И повторил.
Вновь на треть наполнив бокал, Фрэнсис отставил его в сторону. Закупорил и убрал бутылку. Не рассчитал и слишком громко хлопнул деревянной дверцей.
Раттатакские сутки были длиннее калишских на двенадцать часов. До боя, который поставит точку в истории этой смуты, оставалось куда меньше тридцати пяти, но организм всё же был не в восторге от таких перемен в продолжительности дня. Но заниматься задуманными делами перед поединком на арене не хотелось. Император решил погрузиться в живую политику, так долго создававшуюся теперь уже мертвецами, прямо сейчас.
Опрокинув третий бокал и выкурив ещё одну сигарету, - пепельницей послужила стопка пустых флимсипластовых листов, - Фрэнсис открыл не исследованные пока ящики и углубился в разбор документов дома Кэлио. Их было здесь немного, - главными нервными узлами благородных домов выступали клановые резиденции, - но во дворце ещё хватало кабинетов. И не до конца разгаданных тайн.
TaonДата: Воскресенье, 13.11.2016, 12:36 | Сообщение # 34 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Дворец Совета


Наглой ложью было бы утверждать, будто Фрэнсис ничуть не страшился грядущего поединка. Нет, он не хотел умирать. Не желал и допустить мысли, что завтра это может случиться. Но твёрдо знал: это возможно. И предпринял меры, чтобы его и только его планы не канули в небытие, а были воплощены Императрицей-регентом и Канцлером.
Маленькие парадоксы изобилующего множеством непостоянных человеческого ума.
"И вот ещё один. Если задуматься в духе всех этих мудрецов, что дальше... то я скорее поверю в Силу как источник, единство, волю и наш следующий мир, а не в калишских богов".
Стряхнув пепел на усыпанные им многострадальные листы, - Сезар всё же обосновался в покоях Кэлио и здесь изучал все документы, - он подвинул к себе датапад. Разблокировал. Нашел свои заметки по Фаране и Скако и углубился в размышления.
Фрэнсису уже сообщили, что Сезария добилась от фаранцев принципиального согласия на заключение солидного числа торговых договоров и оборонительного союза. Гехайм-директор подробно описал своему господину сцену в Сенате. И кое-кого из иных гостей столицы.
"Итак, Керро, теперь вы на гребне успеха. А вы не забудете о своих предприимчивых соплеменниках с Умгула, не так ли? И скакоанцы примут участие в вашей партии?"
Девять лет назад Императору довелось инкогнито побывать в столице ФКНС. Этот разведывательный визит он нанёс после поездки к Родриго Ирнерио. Тогда Фарана была не готова выделить средства для установления мощного режима на раздробленной территории бывшего потенциального союзника. Теперь всё изменилось.
"Это доказывает: главным образом господа правители уважают силу. Очевидная вещь, милостивые господа".
Он понимал мотивы каждого блока. Но не мог не подпустить шпильку. Хотя бы так, почти наедине со сводками и увлекательной подшивкой переписки глав благородных домов.
Почти. Потому, что на почтительном расстоянии в расположенном у стены с оружием, аккурат под копьём, кресле восседал Куардин Лэрто. Новый хозяин дома Лэрто. Дожидался начала аудиенции.
Фрэнсис дополнил свои заметки новыми примечаниями, заблокировал датапад, активировав используемую Особым отделением дополнительную защиту данных, и поднялся. Верхняя часть бронекостюма, брошенная на спинку его кресла, поползла в сторону, но не свалилась, зацепившись за подлокотник.
Жестом Император предложил гостю пройтись. Лэрто повиновался. Сезар заметил опасливый взгляд, который раттатака бросил на его левое плечо. Там, годы спустя, вновь красовалась татуировка-код. Но обозначала главнокомандующего, а не офицера Ликана.
Вызвать у Куардина опасения - нетривиальная задача. Знакомый с ним по прошлому визиту, Фрэнсис хорошо знал: это хитрое исчадие Раттатака видело на своём веку столько коварства, предательств, шатких и, на первый взгляд, крепких союзов, конфликтов, искусных убийств, что мало чего способно испугаться.
Но у каждого есть уязвимое место.
Лэрто боялся за древний уклад жизни. Боялся Кали.
Но был достаточно смел, чтобы лично явиться, а не ждать полудня.
Пройдя мимо палатинов, стоявших на посту у кабинета, они неспешно направились по коридору светлого камня ко внутреннему дворику.
Тихо шелестела надетая поверх лёгкой брони роскошная мантия знатного раттатаки, подметая тонкий слой извечной пыли. Сверкали широкие браслеты. Фрэнсис в своих камуфляжных штанах и майке казался бы солдафоном. Кому угодно из претенциозных снобов, но не себе.
- Что привело вас ко мне?
- Судьба моего народа.
- И что с ней... неладно?
- Кали... отличается стремлением к культурному доминированию.
Император затаил ехидную усмешку.
- Не после всего произошедшего Раттатаку судить Кали. Солдаты легиона погибали, чтобы принести вам мир, который ваш народ себе дать не может.
Лэрто склонил голову.
- Вы правы. Но...
- Боитесь, что я убью вашего бойца, заставлю всех принять калишские законы и лично клеймлю каждого? - хмыкнув, раздраженно оборвал его Фрэнсис.
- Не совсем так, но в целом вы правы и здесь.
"Да-да, знаю-знаю".
- Скажу так. Не стоит верить слухам, которые сами и распускаете.
TaonДата: Понедельник, 14.11.2016, 12:52 | Сообщение # 35 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Дворец Совета


Узорчатые перекрытия словно парили над тонкими колоннами. В четырёх углах стояли кадки с подстриженными в форме шара зелёными кустарниками. В центре же внутреннего дворика на спинах высеченных из светлого камня пустынных хищников покоилась громадная чаша. Из разверстых пастей журча лились ручейки воды и стекали по желобам.
"Умеете делать красивые вещи. Умеете. Но редко. Потому, что в основном режете кому-нибудь и, - в обязательном порядке, - друг другу глотки".
Фрэнсис медленно подошел к фонтану, оперся руками о край чаши. Ополоснул лицо. Камень был тёплым. Вода - ледяной.
Поспать удалось всего четыре часа. Но чувствовал себя Император неплохо. Осталось полностью проснуться. На это у него полчаса.
Занятно вышло с этими раттатаками. Сначала изображали относительную цивилизованность, затем устали и перешли к своим привычным кровавым утехам, наплевав на всё на свете. Получили. И теперь устроили целое паломничество к Императору в надежде урвать куски получше и отстоять своё, родное.
В одном им следовало отдать должное. Не посмели показать, что ждут и надеются на его смерть. Подносили информацию на блюдечке, наперебой выдавая секреты друг друга и выгодно преподнося себя.
Но первым был всё же Лэрто. Лишь после него один за другим стали приходить остальные. Будто ждали, когда он уберётся.
"Но я могу быть к вам несправедлив. Возможно... моя власть устраивает вас больше новой самостоятельной делёжки. Возможно, вы даже не хотите моей смерти, ведь я не озвучил очевидного. Если проиграю, вы пожалеете об этом".
Поправив не нуждавшийся в том ремень с ножнами, в которых до поры покоился клинок Лиг, Фрэнсис сардонически усмехнулся.
"Только смертельно раненого против меня не выставляйте. Не то обижусь".
Он знал: есть как те, кто страстно желал его смерти, так и сторонники. И первых всё же больше. Народ другого мнения, но его кандидаты в советники не спрашивали. Зря. Могли узнать о себе такое, что и заполучить невроз не трудно.
Но политика, судьбоносные решения и красивая ложь - это на потом. Ещё будет время. Многие годы, если Сезар победит сегодня и продолжить эту славную традицию.
"Нет, я буду драться до конца и без пощады. А вы уже, должно быть, догадываетесь: это не только об арене. За такое краткий период я столько достиг, что не позволю это испоганить".
Он снова плеснул себе в лицо. И на плечи. Фрэнсис не умел носить предназначенную для гладиаторских боёв раттатакскую защиту и выбрал бой вовсе без брони. Холодная вода помогла прогнать остатки сна, и в голове наконец воцарилась ясность.
Похлопав по здоровенной голове каменную гривастую зверюгу, Император чеканным шагом направился к залу собраний. Не дожидаясь, когда за ним явятся сюда, отвлекая от размышлений о судьбах.
Ни одна из прежних мыслей не могла его согреть. Кроме...
"Сегодня закончится ваша старая история. Можете пока подумать об этом. Представьте, что её никогда не было".
Большие окна зала располагались непривычно высоко, почти под потолком. Они были распахнуты и ничто не мешало Фрэнсису услышать гул и крики толпы, уже собравшейся смотреть знаменательный бой.
Глубокий голос палатина раздался прямо за спиной. Отрывистые слова на калишском прозвучали, словно команда подгоняющего солдат офицера:
- Сезар. Вам пора.
Император пожал плечами. Бросил беглый взгляд на свои штаны и обувь, будто на миг усомнившись в их удобстве. Вдруг захотелось послать раттатак ко всем ситхам и просто задавить их силой калишского убеждения. Но он отогнал малодушные мысли.
- И хорошо. Идёмте.
TaonДата: Среда, 16.11.2016, 20:34 | Сообщение # 36 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Арена


Главная арена всей планеты находилась с обратной главному входу во дворец стороны. Неприкрыто кровавая оборотная сторона всей раттатакской политики. И лицо суда.
Искусство боя и слепой случай решали, протянет ли виновный ещё один день. Или неделю. И который из благородных домов получит немалую сумму проигранных другими денег.
Политику здесь питала пролитая ради зрелища кровь. Никаких прикрас. Так по-примитивному... честно. Для аристократов.
Честнее были бы только бои прямо между ними. Но редкий знатный раттатака пошел бы на такое.
Что не позволено благородным Раттатака, то позволено Императору Принципата.
С каждым шагом он всё отчетливей слышал вой толпы. Она с нетерпением ждала небывалого боя.
Миг малодушия минул и не оставил ничего.
С каждым шагом всё существо Сезара заполняла холодная, пронзительная ясность. Его покинула коварная тень колебаний. Он шел победить. Убить. Положить начало новому витку истории.
За спиной осталась узкая арка. Громыхнули запоры, отрезая от остального мира. Палатины отошли в сторону и сомкнули строй, образовав большое кольцо на песке арены. Поле, где будут драться раб и Император.
Круг нарушился только один раз. Когда с другой стороны арены вышла гора отменного синюшно-бледного мяса. На лысой голове гладиатора бугрился уродливый шрам.
Громадная каменная чаша заполнилась оглушительным рёвом и овациями. Фрэнсис не мог разобрать, что скандировали на всех этих трибунах, ступенями поднимавшихся высоко, высоко над ограждением. Каждый орал своё. Но те, кто сидели в роскошной ложе справа, видной с любой точки амфитеатра, воплощали собой островок спокойствия... или напряженного внимания.
Линц, Гельтер. И не пятнадцать, а двенадцать раттатак. По одному представителю от уцелевших домов.
Крики, аплодисменты, топот нарастали, пока, достигнув пика, не стихли полностью по знаку генерал-фельдмаршала.
Не произнося речей, он дал отмашку, и бой начался.
В интересах Фрэнсиса было закончить его как можно скорее. Навязать противнику своё, ошеломить, засыпать ударами, убить. Но...
Раттатака вынул меч, рывком ослабил пряжку и сорвал ремень с ненужными ножнами. Отшвырнул их подальше. То же самое сделал Сезар, но его ножны поймал палатин.
Гладиатор медленно двинулся вправо по кругу. Обученный в первую очередь подарить эффектное зрелище, он не торопился нападать сразу. Показывал себя.
Фрэнсис повторил движение.
Не прошло и минуты, как меч рассёк воздух совсем рядом, слева. В сантиметрах от Императора, повернувшегося в этот момент боком. Следующий удар он отразил плоской стороной нижней части клинка. С силой оттолкнул. Черкнул по руке раттатаки, но самым кончиком меча. И по левой. Немного досадно, но это было только начало.
Сезара не учили драться зрелищно. Он сохранял равновесие. С минимальной тратой сил отклонялся и поворачивал корпус. Инстинктивно следил за движениями противника, выражением лица, взглядом, напряжением мышц. Искал любую возможность для атаки и смертельного удара. Но гладиатор был не просто актёром с оружием в руках. Противостоять ему оказалось трудно: аристократы по-настоящему почтили правителя Принципата. Его гордость могла жить спокойно: выставленный на бой раттатака был силён, свеж и готов ко всему. Но жизнь висела на волоске. От позорной смерти в этом поединке Фрэнсиса отделяла одна ошибка, один крошечный просчет.
Дважды ему удалось совершить обманный маневр. У гладиатора кровоточили длинная глубокая рана, тянувшаяся от правого плеча до середины груди, и неглубокая дырка в левом боку.
Сезар пропустил удар трижды.
Он мучительно кривился, наступая на правую ногу, и челюсть отзывалась мерзкой болью. По животу текла кровь из разреза поперёк рёбер. А пальцы несколько раз спасала угловатая трапециевидная гарда, которая шла от верхней части рукояти до нижней.
Звон клинков, боль, расчетливые взгляды, злость, перепаханный ногами песок, разукрашенный алыми каплями.
Движения уже не так ловки, не так легки. Раб и Император изматывали друг друга. Стоили друг друга. По капле, по тонкому ручейку выжимали жизнь.
Фрэнсис, шагнув вперёд, направил лезвие горизонтально, собираясь полоснуть по лицу. Из блока, стоило мечам столкнуться, резко увёл клинок Лиг вниз и прочертил поперёк бедренных мышц и сосудов кровавую борозду.
И чуть не выронил меч: чужая сталь вошла в плечо.
Император отшатнулся. Невольно перенеся на раненую ногу больше веса, чем мог, упал.
Два меча скрестились над его головой. Правая рука взрывалась бешеной болью, дрожала. Гладиатор почти сумел продавить некрепкую оборону.
Пинок в рану изо всех сил. Яростный вопль.
Теперь упал раттатака. А Фрэнсис смог подняться.
Он первым добрался до вражеского меча и пинком отшвырнул его. Пронзил живот раттатаки, с силой налегая на клинок.
Толпа, давно почуявшая смерть, бесновалась. Но Императора не интересовала публика. Полупьяный взгляд он, сам не зная зачем, устремил на ложу.
Генерал-фельдмаршал встал. Медленно, чтобы все видели, провёл ребром ладони по шее.
"Ну как скажете..."
Фрэнсис посмотрел на поверженного врага. Наклонился, смыкая пальцы на рукояти, выдёргивая меч из ужасной раны.
Гладиатор ещё был жив. Пытался зажать рану руками, пытался отползти.
Император высоко занёс окровавленный клинок и рубанул сверху вниз, по шее, изо всех оставшихся сил.
Когда он за ухо поднял над собой отрубленную голову, демонстрируя тысячам зрителей свидетельство своей победы, кровавые потёки украсили и лицо, и торс, смешиваясь с кровью из него ран.
Многоголосый рёв стал членораздельней. И бесконечно повторял лишь одно слово:
- Се-зар! Се-зар! Се-зар!
Так и держа меч правой рукой, а голову - высоко поднятой левой, Фрэнсис купался в овациях тех, кто отныне должны ему жизнь. Своего народа жизнь. Медленно ступая по песку, он обошел вокруг мёртвого тела. Мог бы и улыбаться, если бы не челюсть.
- Победил Его Величество! - провозгласил генерал-майор Гельтер.
Ему вторил Куардин Лэрто.
Император отшвырнул голову. Протянул руку, молча прося назад свои ножны, и тут же получил их. Но не вернул в них клинок.
Он и покинул арену с мечом наголо и ножнами в левой руке. Прогрохотала позади дверь, отрезая победителя и палатинов от царства кровавого песка.
С каждым шагом хромая всё сильнее, Фрэнсис доплёлся до правой двери за аркой, которая вела в лабиринт жилых и тренировочных помещений, как на арене Тац'рей.
Наконец-то рядом были только палатины. Они никому не расскажут, как Сезар рухнул на каменный пол. И тихо вызовут доктора Бэрра.
TaonДата: Суббота, 19.11.2016, 13:19 | Сообщение # 37 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Арена


У Принципата и Конгломерата, за исключением схожих взглядов на мир и интересов, была яркая схожая черта. Любовь к кровавым игрищам и забота о тех, кто дарил настоящее зрелище.
Фрэнсис видел медицинские кабинеты столичной арены в прошлый визит. Они не могли сравниться с центрами "Крейц-Эскол" или медицинским блоком на его корабле, но уровень помощи раненым гладиаторам удивлял. Простые жители Раттатака подчас не могли себе такого позволить. Или платили немалые деньги. Бойцам с арены всё доставалось бесплатно. Лекарства, операции. Женщины. Чем популярнее становился раттатака или чужак, тем больше было ему доступно.
Но Императору помогали не там, а прямо в коридоре.
- Ваша Милость, зачем было обливаться кровью? - вопрошал доктор Бэрр, опускаясь на колени. - А если у него была зараза, скажите мне? Нет! Не отвечайте и не двигайтесь.
Потратив больше двух десятков стерильных салфеток, - и всё это ради того, чтобы не рисковать занести в раны ещё больше грязи, - полковник осмотрел каждое ранение и челюсть. Вколол обезболивающее, обработал раны, наложил повязки. Но Фрэнсису казалось: даже будь Уиллем не так милостив к пациенту, ничего бы не случилось. За сумасшедшим головокружением, едва не менявшим пол и потолок местами, потерялись силы реагировать.
Где-то шумели зрители. Шумели и шумели. Ближе, чем раньше.
"Заткнитесь вы, наконец".
За палатинами, вставшими живой стеной между Императором и любопытными, он никого не видел. И славно.
Бэрр зафиксировал сломанную челюсть тугой повязкой.
- Ваше Величество? Это не мешает вам дышать?
Фрэнсис отрицательно качнул головой.
- Вы согласны отправиться на "Эрменерих"? Если мы установим имплантаты в ближайшее время...
Сезар закатил глаза. Ткнул пальцем в набор инъекторов и дал знак поднести поближе.
Соображать было тяжело. Но нужный препарат, - лёгкий стимулятор, - нашелся. Фрэнсис вытащил его и показал доктору. Тот со смиренным видом кивнул и, забрав инъектор, сам вколол в вену.
Скоро полегчало. В голове прояснилось, прибавилось сил. Теперь понадобился датапад.
Кого назначить членами нового Совета Аристократов, Император уже решил.
"Покажите Линцу и Гельтеру. Пусть займутся и проконтролируют. Инструкции для Совета в бывшем кабинете Кэлио. Скажите Эдьеду, чтобы начинал по третьему специальному протоколу. К имплантатам готов, перевозите", - приписал он внизу списка имён.
Раттатакская аристократия так увлеченно занялась излюбленной политической вознёй и подсиживанием друг друга, что дала ответы на все вопросы, мучившие Фрэнсиса до начала миротворческой операции. Альянсы и вражда, тайные планы и провалившиеся затеи, интересы и роль в гражданской войне: все пробелы заполнились. Осталось только надавить на правильные рычажки и придать верный импульс. Интересно наблюдать за началом новой жизни самому, но Сезар знал, какими проблемами грозил полученный из-за проклятого гладиатора перелом. Страдать целый месяц, есть через трубочку, молчать, даже не курить? Нет уж. На это он не подписывался. Лучше провести в медицинском блоке четверо суток, но вернуться в форму в разы быстрее.
Через десять минут ко входу на арену пригнали транспорт. Зевак вокруг него не оказалось: похоже, любопытных успели отправить по домам. И это было замечательно. Раненый, но не сломленный герой, омытый вражеской кровью - кадр, достойный хроник. Но Император в роли несчастного пациента травматологии? Это жалко.
С помощью палатинов добравшись до транспорта и погрузившись на заднее сиденье, он метнул злой взгляд в толстые каменные стены особняков аристократов.
"Теперь вы мои. Я заплатил. Не вздумайте начать старую возню ещё раз".

--> Корабль "Эрменерих": ангар
TaonДата: Четверг, 24.11.2016, 14:11 | Сообщение # 38 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

--> Корабль "Эрменерих": ангар
Валара. Дворец Совета

- Карта не изменится, если вы этого ждёте, - возвестил Фрэнсис, на всех парах ворвавшись в распахнутые двери зала собраний.
Советники, поблизости от каждого из которых теперь, благодаря усилиям представителей Особого отделения, был агент, как один оторвались от созерцания карты на весь стол. Владения погибшего дома Гестур уже успели закрасить унылым грязно-серым цветом.
- Как показала ваша миротворческая операция, измениться всё может моментально, - послышалось саркастическое замечание.
Сезар взглядом пригвоздил представителя едва не сгинувшего мятежного дома Кволор к месту. Неторопливо подошел и схватил за руку, застывшую в обвинительном жесте, указывая пальцем на серое поле.
- Это обвинение, советник? Может, желаете оспорить моё право выступать здесь?
- Ваше Величество, мы просим простить, - учтиво вмешался Куардин Лэрто.
Фрэнсис будто бы собрался неуверенно улыбнуться. Чуть отодвинулся назад, собираясь отойти.
И резко, с силой дёрнул тот самый палец.
Под вопль аристократика Император как ни в чем не бывало обошел стол и встал во главе. Рядом с хозяином дома Лэрто.
"Хочешь отомстить мне, сопля? - без слов вопрошал, бросив взгляд через плечо, пока мирно пожимал руку самому прыткому из местной знати. - Для этого тебе придётся... обожраться спайса, посмотреть мстительные сны и сдохнуть. Другого способа нет".
Больше Сезар не обращал внимания на Кволора.
- Принципат не использует орбитальные бомбардировки. Это прерогатива имперцев и их весёлой копии неизвестно, откуда.
- Вы говорите о...
- Как...
- Для чего им...
- Террористы! - рявкнул Фрэнсис. - Вот для чего!
Сразу воцарилась тишина. Нарушил её снова Император, кратко объяснив суть произошедшего на орбите Раттатака несколькими днями ранее.
"Вы молодец, Эдгар. Как всегда. Молчать тоже нужно уметь".
После этого дискуссия стала почти образцово полезной.
От вопросов внешней политики, - в том числе было безоговорочно решено, что партнёрские и союзнические отношения Принципата и Конгломерата сохраняются, - собравшиеся перешли к внутренним.
Раттатак более не должен был давать поводов к вводу миротворческих сил Императорской армии или калишских легионов. Благородные дома обязывались разрешать свои противоречия традиционным путём через бои на аренах или переговорами. И регулярно докладывать о любых попытках провокаций или установления контактов. Для вида Фрэнсис выставил немалый счет за уничтоженные платформы дроидов, выплаты семьям погибших и другие понесённые затраты, но великодушно простил половину долга.
"Да-да, я такой. Милостивый и щедрый. А теперь поговорим о деле".
Состроив скорбное лицо, Сезар посетовал на некоторые проблемы с мелкими культами, расплодившимися на кровавой почве гражданской войны. Разумеется, он не желал бы такого Раттатаку и давал дружеский совет любыми способами задерживать каждого подозреваемого в подобном.
Дав ещё несколько тайных советов и аккуратно намекнув на то, что господа с тёмными наклонностями иногда бывают замешаны не только в родианских, но и более высоких уровнем делах, Фрэнсис не получил реакции. И его комлинк тоже молчал, даже не собираясь завибрировать в кармане.
"Значит, и правда. Не вы и не ваши приближенные. Люблю быть прав".
Найти на едва пережившей войну планете тех, кто получал акзилианские кредиты с неведомых счетов, задача почти непосильная. Но Его Величество чуял: он, несмотря ни на что, близок к разгадке.
TaonДата: Пятница, 25.11.2016, 00:26 | Сообщение # 39 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Дворец Совета


Старательно напевая под нос слова одной из походных песен калишских легионов и самому себе дирижируя не зажженной пока сигаретой, Фрэнсис вошел в до боли знакомый кабинет, уселся за стол и по-плебейски возложил на него ноги.
Пара нажатий на кнопки маленького пульта, притаившегося рядом с посыпанными пеплом листами, и зазвучала музыка. Минут пять она странно, отрывисто булькала, пока Сезар искал ту самую. И издал радостный возглас, услышав её первые аккорды.
Покойный Эйдо Кэлио ценил боевую музыку.
- Когда идут солдаты полями, как ветер несётся смерть за полками! - фальшивя, подпевал Император на втором родном языке. Калишском.
Он наклонился вправо. Открыл заветную дверцу, за которой скрывался запас живительной горящей влаги. Пришлось выставить почти все бутылки, прежде чем отыскалось рунийское вино.
Слева на стопке документов красовалась вазочка с размолотыми почти в пюре фруктами.
Хоть сломанную челюсть на "Эрменерихе" и поправили, скрепив имплантатами, подвергать её обычной нагрузке пока не стоило. Ничего твёрдого. На практике, судя по еде из больничного блока, это значило, что и мясо надо обрабатывать почти до состояния немного плотных соплей.
"Ну, нет. Нечего хандрить как девка. Празднуем, Ваше Величество!"
- Когда весело танцуют девицы, смерть хочет с ними в том танце кружи-и-иться! Ла, ла, ла, ла!
Хохотнув, Фрэнсис налил себе полбокала. Вытащил из кармана зажигалку. Зажмурившись в предвкушении, поджег кончик сигареты.
Глубоко затянувшись, Сезар возвёл глаза к потолку. Там с широкого карниза выцветшими от старости глазами на гостя глядели абстрактные фигуры.
"Сочувствую. Здорово вас развезло".
Медленно выпустив дым вверх, пусть и без шансов достать, мужчина тихо хмыкнул. Смакуя, сделал глоток вина. Изысканное, сладковатое, оно... не произвело большого впечатления. Но ничего серьёзнее позволить себе было нельзя. В первую очередь, из-за недавней операции. Во вторую - потому, что именно маленькие безобидные изыски помогали настроиться на разговор со славным сыном одного старого и почтенного семейства.
Необычным сыном. Но склонность к изящной эстетике оказалась ему полностью присуща.
Гехайм-директор стоил того, чтобы сам Император учитывал его предпочтения.
Шпионов Фрэнсис не боялся. Кабинет в его отсутствие проверяли регулярно и тщательно. Даже вазочку с фруктовой кашицей принесла не раттатакская прислуга.
С наслаждением выкурив сигарету, Арманд медленно допил вино. Убрал ноги со стола, выключил музыку. Сходил за дожидавшимся в углу своей очереди небольшим диском голопередатчика. Поправил плащ и цепь. Пригладил волосы. Покашлял.
Через несколько минут над диском в пару ладоней радиусом возник голографический бюст немолодого харизматичного мужчины с благородной внешностью аристократа минувших времён. Что-то было в нём... неуловимо несовременное.
Седина в тёмных волосах, аккуратно подстриженных усах и короткой бородке. Длинный нос с горбинкой. Умный взгляд. Безукоризненно сидящая форма. Награды на груди. И кусок смолы с застывшей там навсегда стрекозой, зажатый меж длинных пальцев.
- Ваша Милость, - прозвучал глубокий вкрадчивый голос.
Фрэнсис кивнул.
- Добрый день, гехайм-директор.
- Как я вижу, ранения не беспокоят вас?
- Нисколько. Приступим?
- Обязательно. Итак, вас интересует?..
Сезар широко развёл руки, словно желая заключить в объятия каждый предмет, что в поле зрения.
- Всё! Но Акзила и Раттатак настырно отвлекают на себя внимание.
- Тогда я начну с очевидного. Подтвердилось, что во главе заговора против королевы стоит генерал Дефелас.
"Да-да. Кто куда, а он под юбку, только не с тем, с чем надо, а с ножом".
Ничем не выдав скабрезных мыслей, Фрэнсис потёр подбородок.
- А кредиты? Удалось выяснить, откуда эти незамеченные стимулы родианского и раттатакского вдохновения?
- Это часть финансов бывшего моффа. Пока царила неразбериха, Дефеласу удалось добраться и скрыть своё приобретение.
Глава разведки и контрразведки, двумя пальцами взяв кусок отвердевшей полупрозрачной смолы за край, поднёс его поближе к Императору. Пусть тот и не мог подержать эту вещи сам.
- Тойдарианцы.
Губы Сезара искривила ледяная жестокая улыбка. Он сложил ладони в замок, похрустел костяшками. Вздохнул.
- Снова укорачивать блистательного народного лидера на одну голову...
- Не придётся, - гехайм-директор отложил свой сувенир куда-то в сторону. - Он уже умирает.
- Счета арестовали? Есть зацепки, кто именно на Раттатаке получил деньги?
- Да. И, возможно, да.
- Хорошо, обсудим дальше. Скажите, что вы думаете о личности Дефеласа?
Разведчик поморщился, словно его посмели спросить о чем-то неприличном. Фрэнсис с самым невинным выражением лица пожал плечами: "не обессудьте".
- Умный, изобретательный, недурно заметающий следы низкий предатель. Королева была слишком снисходительна и мягка.
- А вы видели его руки?
Получив в ответ молчаливое благородное недоумение, Император открыто улыбнулся и достал портсигар.
- Они у него маленькие. Белые. Как у изнеженного политикана. Я жал ему руку всего лишь в прошлом году. А теперь... На месте Конкордии я отрубил бы эти руки, едва узнал, что их приложили к заговору, и пришпилил к дворцовой стене.
TaonДата: Пятница, 25.11.2016, 12:06 | Сообщение # 40 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Каземат


- Он так долго восхваляет вас, что можно поверить в его искренность, - с усмешкой заметил Гельтер.
- Скорее он хотел, чтобы у меня отвалились ноги. Сколько мы там простояли?
- Почти полтора часа.
Фрэнсис насмешливо хмыкнул.
- Что и требовалось доказать.
Генерал и Император шествовали по тёмному коридору в окружении палатинов. Конечным пунктом была камера номер семьдесят шесть.
В казематах Раттатака обычно царило запустение. Там несчастные ждали суда с заранее известным итогом. Только глупцы и чужаки могли надеяться на чудесное избавление от арены. Некоторым и в самом деле везло. О таких гладиаторы слагали легенды. Но одновременно и жалели. Пережив обучение, тренировочные, а затем и настоящие первые бои, они менялись. Чем дальше, тем более необратимо. Обычная жизнь, - даже такая бурная, как всегда бывало на этой планете, - казалась пресной, скучной, никчемной.
Сезар несколько лет назад интересовался этой темой. Как пластична личность, как под искусным давлением она поддаётся, меняется, чтобы выжить и получить шанс на оплаченное красиво пролитой кровью счастье. Бессовестное-безудержное-пьяное.
Он сам занимался этим. Был терпеливым скульптором характеров. Один на один: допрашивая, ведя не всегда потрясающе изысканные, но непременно результативные беседы. Незримо. Или публично.
Четверть часа назад калишцы отделались от Куардина Лэрто. Советник решил созвать жителей столицы и окрестностей на главную площадь Валары, где разразился невыносимо длинной хвалебной речью в адрес миротворцев из Принципата и объявил начало торжеств в честь окончания войны. Вытерпеть это стоило хотя бы ради возможности получить больше удовольствия от созерцания того, кто был виновен в обострении раттатакской любви к братоубийственной резне.
План передела власти созрел у мятежных домов давно. Но более, чем достаточную материальную поддержку они получили лишь в этом году.
Через кого? Все трое суток пребывания в столице этот вопрос не давал покоя. За найденное решение стоило без лишних глаз и ушей поблагодарить новых агентов.
Дом Зертос стоял на грани полного уничтожения, как и Кволор. Выжили только те, кто были взяты в плен военными Принципата. Или кто сумел затеряться до их появления. Фрэнсис на месте Совета убил бы их всех за подобное предательство. Но для Раттатака такое было привычным делом. Эта позиция сыграла на руку: человеком Императора стал младший сын нового хозяина клана. Молодому Зертос удалось отыскать нечто стоящее внимания.
Друг детства, старший товарищ. Волей судьбы последний из дома Гестур.
Племянник главы дома, дравшийся как обычный солдат. Его захватили для арены, но за час до начала судебного фарса на востоке высадились дивизия "Эрменериха" и Тринадцатый легион.
Был раньше наёмником. Пока не вернулся на родину.
Служил Дефеласу.
Под тяжелыми сводами коридоров, пролегавших ниже приземистого здания суда, ужасно неказистого в сравнении с дворцом и резиденциями аристократов, было хорошо слышно каждый тяжелый шаг гостей. Но в ответ из камер, отделённых частой решеткой, не раздавалось ни звука.
Каждый надеялся, что калишцы пришли не за ним.
То ли задумчивый, то ли абсолютно безразличный взгляд Императора скользил по видневшимся сверху номерам камер.
Номер семьдесят. Семьдесят один... над решеткой семьдесят второй погасла тусклая подсветка цифр.
Ещё несколько метров. И вот она, семьдесят шестая.
"Ну здравствуй... друг".
Гельтер нажал на кнопку. Решетка со скрежетом давно не использовавшегося механизма медленно поползла в сторону.
TaonДата: Пятница, 25.11.2016, 14:37 | Сообщение # 41 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

Валара. Каземат


Сквозь прореху в лохмотьях на правом боку виднелась неглубокая, но уже гниющая рана. Гестур даже не поднял головы, когда Император шагнул в камеру. Вместо этого пленник, которому отсутствием медицинской помощи наглядно продемонстрировали досаду из-за слишком больших потерь среди знати, сосредоточенно жевал какого-то жука.
От погнутой миски в углу, наполненной зеленоватой жижей, воняло.
Фрэнсис лицемерно вздохнул.
- Твой дом был большим. Твоё лицо не публичным и слишком надолго пропавшим из поля зрения. Но не настолько, чтобы тебя, друг мой, никто не узнал.
Ничего. Никакого отклика.
- Смотри на меня, ублюдочное мясо!
Раттатака выплюнул то ли жучью голову, то ли комок из лапок. Медленно поднял презрительный взгляд.
- Я Хермет Гестур!
Сезар покачал головой, улыбаясь кротко, с сожалением.
- Нет. Ты раб. Мясо для арены. Возможно, ты протянешь там год, два, пять. Раз в месяц будешь натягивать благородных шлюх. Слушать их фальшивые визги. Жрать, пить, тупеть. Убивать для толпы. Разве Хермет Гестур был рождён для этого? Твоего дома больше нет. Даже в пустыне есть жизнь, но там... уже нет. Стоил этого Дефелас? Или идея, скажем... форсировать события принадлежала тебе?
С каждым словом лицо пленника всё больше искажалось от горя и ядовитой, слепой злости.
Фрэнсис не удивился тому, что пленник каземата вскочил на ноги, рванулся навстречу. Один точный и сильный пинок в коленную чашечку решил вопрос.
- Не бегай. Отвечай.
- Или что? Своих мальчи...
Выхватив из ножен клинок Лиг, Император вонзил его в левое бедро Гестура. Рядом с артерией.
- Во-первых, среди тех воинов нет мальчиков. И во-вторых. Я всё сделаю сам. Думаю, ты знаешь, что будет, если такое широкое лезвие повернуть в ране.
Раттатака изо всех сил пытался не выть. Дышал, раздувая щеки. Но не выдержал.
- А-а-а-ы-ы!
Губы Фрэнсиса сжались в нить. Пальцы до ломоты сильно обхватывали рукоять меча.
- Это план Дефеласа?!
- Д-д-дааа!
- Ты помогал ему уговорить всех?
- Даа!
"А логичнее было бы отказываться. Что ж, теперь я могу тебе помочь".
Из-за Хермета Гестура и его акзилианского господина Сезар потерял не так уж много людей, чтобы быть в ярости. Больше выиграл. Стало быть, раттатака заслуживал снисхождения. Заслуживал умереть прежде, чем его сломают до конца.
Фрэнсис вырвал меч из раны, сделал маленький шаг вперёд-вправо. Полоснул пленника по горлу.
Форма и острота клинков Лиг помогали наносить страшные резаные раны. "Гром Шилал" легко добрался до сонной артерии, выпуская из Хермета кровь вместе с жизнью.
Последний Гестур быстро затих. Император присел, скрипнули ремни формы. Тщательно отёр оружие о тюремное рубище.
В кармане засигналил комлинк. Звонила капитан Тёнис-Дермот.
- Ваша Милость, новости с Акзилы.
- Говорите, - выпрямляясь и правой рукой возвращая меч в ножны, сказал Фрэнсис.
- На королеву совершено покушение. Генерал Дефелас объявил себя Лордом-протектором.
"Вовремя".
- Уверен, все и так готовы к вылету.
- Так и есть, Ваше Величество.
- Передайте мой приказ, капитан, - со значением смотря на Гельтера, ответил Сезар. - В течение десяти часов мы все, кроме "Виктрикса", улетаем на Чалакту.
TaonДата: Пятница, 25.11.2016, 19:03 | Сообщение # 42 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
Фрэнсис Арманд

За воротами Валары


За девять с половиной часов, проведённых во дворце и его окрестностях, Фрэнсис успел немало сделать. Побеседовал с гехайм-директором и криминаль-директором. С удовольствием ознакомился с новостями из Принципата. Сезария уже выразила соболезнования народу Акзилианского Пакта, изящно при том намекнув на пристальное внимание к ходу событий и персоне Лорда-протектора. Император провёл несколько сладко-тоскливых минут, распивая вино и представляя, как жена составляла текст.
Она расхаживала по апартаментам, водя пальцем по губам или, может, прикусывала кончик стило?..
"Остынь, приятель", - одёрнул себя Фрэнсис и утёр со лба пот. Закатное солнце жарило не хуже дневного.
Но право первой беседы после визита в каземат было у Куардина. Объяснить Лэрто, сразу и негласно ставшим главным советником, почему пленник, который мог бы стать хорошим гладиатором, должен умереть, оказалось донельзя просто. Ожидаемо.
Немного сложнее, по словам криминальрата Эдьеда, было аккуратно поиграть с фактами, заставляя аристократов, а через них и массы, не задавать вопрос: что, если появление калишских миротворцев и стало причиной орбитальной бомбардировки? Но Особое отделение решало задачи и посложнее.
Чтобы нравиться народу, по завершении блицкрига не пришлось делать ничего.
Совет мог таить злость или восхвалять, безостановочно плести интриги, едва остыли тела недавно погибших родственников. Обычные раттатаки же радовались миру, неприкосновенности привычного уклада жизни и зрелищам.
Раз-два. Раз-два. Шаги покидающих столицу солдат.
Их возглавлял Император с Гельтером, палатинами, Перси и HK-AR.
Ремень полицейской LSTG через левое плечо. Ножны привычно справа. И привычная же тяжесть E-100 в руках.
Шагая от разрушенных городских ворот к челнокам, Фрэнсис едва ли не ежесекундно бросал взгляд вправо, на быстро сооруженные подмостки. И криво, одним краем рта, улыбался.
Там, облитый то ли краской, то ли соусом, размахивал головой плохо сделанной куклы раттатака в уродливом парике, а другие актёры театра под открытым небом осыпали его лепестками.
"Хотя зная вас... голова может быть и настоящей, просто залежавшейся в песке".
Злиться на вульгарное представление не было причин. В старину важнейшие новости неграмотному народу сообщались таким способом. Никто не хотел оскорбить Его Величество.
Палящие лучи. Гром шагов. Нестройные крики на местном языке и основном.
Актёр мастерским пинком отправил голову в толпу, и раттатаки захохотали. Крики стали ещё громче, ещё восторженней.
Дико, по-варварски. Но всё это, несмотря на толстый налёт некоего разнузданного обряда, так грело душу.
"А мне нравится. На Чалакте высокодуховные господа нас так провожать не будут".
- Ваша Милость, когда вы бы хотели провести церемонию награждения? - спросил генерал-майор. - Это было бы полезно.
Фрэнсис пожал плечами.
- Когда угодно, хоть сразу в ангаре. Хотя нет... утром по корабельному времени.
- Будет сделано.
Подмостки и толпа остались позади. Никто посторонний не должен приближаться к челнокам.
В транспорте генерал занял подобающее ему место рядом с Императором. Три минуты спустя один за другим челноки оторвались от земли, устремляясь к орбите. К кораблям, которые примут их на борт.

--> Корабль "Эрменерих": ангар
Форум » Архив ФРПГ » Иные территории » Раттатак
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Поиск: