Лето - это маленькая жизнь... Мир! Труд! Спать! Гость, голову не припекает? МЧС России предупреждает: на Лиге ожидается шторм #лето #SwL2018
[ Новые сообщения · Форумчане · Правила форума ]
  • Страница 8 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Архив - только для чтения
Форум » Архив ФРПГ » Корускант » Город
Город
TaonДата: Вторник, 20.10.2015, 20:37 | Сообщение # 106 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
[NC-17]

ГМ

Апартаменты Карис Абертол


На подушке - следы ярко-красной помады.
На шее, сзади, над выступающим седьмым позвонком, - налившаяся сине-фиолетовым круглая отметина.
В туго затянутом корсете трудно дышать.
Бёдра вжаты в постель.
Край крупной пряжки впивается в живот, холодит кожу.
Руки стискивают края подушки мёртвой хваткой, когда Эмилио Виторре любовно проводит ладонью по спине, к краю корсета, дёргает шнуровку, но та не поддаётся. Плотная ткань и косточки больно впиваются в полуобнажённую грудь.
Движение мужских бёдер сверху недвусмысленно намекает, что ждёт Карис в ближайший час.
Привычка терпеть. Привычка ненавидеть.
Карис не видит мужа, но его облик стоит перед глазами.
Его тёмные кудри до плеч - как славно было бы содрать с него всю его светлую, гладкую, как у эталонной красотки, кожу, начиная с головы.
Его смазливое самодовольное лицо с "притягательной небритостью".
Его зеленовато-серые глаза, в которых читается или ничего, или садистское желание.
Карис хочет медленно стереть его с лица галактики.
Его всего, полностью. По чуть-чуть.
Быть учителем боли.
Владеть.
В мечте - её единственное спасение.
Когда она погружается в ненависть, становится легче.
Тогда она наслаждается своей болью и любовно сохраняет её в памяти, чтобы однажды преумножить и подарить. Всю, без остатка. Всю. Как хорошая, щедрая девочка.
- Де-е-евочка... - насмешливо шепчет Эмилио, проникая рукой за ремень её брюк.
Горячая ладонь двигается вниз и обратно вверх, к пряжке ремня. Одно движение, и та с щелчком распадается на две половинки.
Два рывка, и ремень в руках мужчины.
Карис слышит, как Эмилио складывает его, как резкий пробный взмах со свистом рассекает воздух.
Рыжие волосы - в охапку.
Дёргает вверх и назад так, что кажется: женщина вот-вот останется без скальпа.
До искр из глаз.
- Говори обо всём, что я сделаю, - приказывает Виторре.
Чуть склоняется сам, целует в шею.
Нежный поцелуй через несколько секунд становится болезненным, жалящим.
- Имперская шлюха.
Поцелуй ниже, у плеча.
- Почему за тобой не спешат твои друзья?
Рывок за волосы, ещё сильней, ещё резче. Так, что голова грозилась отвалиться.
- Но я знаю, как отвлечь тебя...
Всё, что могла сделать Карис ради своего спасения - это прерывисто, сладко вдохнуть и попытаться приподнять бёдра.

... Огонь.
Всё, что ниже спины, исполосовано припухшими, но не налившимися кровью рубцами.
Забытый ремень валяется где-то у кровати.
Карис чувствует огонь, но не ощущает боли.
Лишь желание продолжения.
Выгибает спину, вскидывая бёдра.
Эмилио сидит на кровати рядом. Брюки застёгнуты, как и рубашка.
Не торопится. Смеётся. Ласково касается горящего тела.
Карис просит.
Хочет больше.
- Так я убил свою сестру, - вдруг говорит Эмилио.
- Мою Милли, - продолжает он, не услышав ответа.
Он думает, Карис страшно.
Он ошибается.
Поражена. И счастлива.
Виторре уничтожит себя сам. Не нужно даже искать дополнительных доказательств, в чём женщина совсем не преуспела за минувшую неделю.
"Убей всю свою семью одними словами, да...
Ты сможешь.
Давай же.
Я хочу".

- Такая же шлюха и предательница, как ты. Я забил её до смерти.
Карис приподнимается на локтях. Посылает Эмилио вожделеющий, дикий взгляд через плечо, облизывает губы.
Виторре не остаётся равнодушен.

... Лёд.
В окно врывается холодный ночной воздух, обнажённое тело покрывается мурашками.
Минуло уже восемь признаний.
На шее и бёдрах Карис - следы пальцев.
Между позвонков, под грудью, на животе - тончайшие чёрточки запёкшейся крови.
Размазанные капли крови украшают смятые простыни.
Карис томно потягивается, не стесняясь ничего.
Она чувствует блаженную лёгкость.
Три года и неделя добровольно допущенных садистских игр с собой не напрасны. Ничто не напрасно.
Эмилио наконец-то дал волю своей жажде самоутверждения.
Потому, что скоро его жена умрёт.
Через четыре дня. Срок назначен.
Никому ничего не расскажет.
А значит...
- А помнишь Энцо? - вальяжно опираясь о перила балкона, спрашивает Эмилио.
- Поставщик ваших... теневых препаратов киллерам?
- Бывший.
- Ты и ему перерезал горло?
- Нет. Этого я вышвырнул лететь на Нижние уровни.
- Не думала, что главный исполнитель - это и есть ты.
"Говори. Говори ещё.
Сделай со мной что хочешь, только говори".

Эмилио поворачивается.
Медленно подходит, взглядом помешанного разглядывая женское тело, на котором почти нет живого места. Только на лице ни единого следа.
- Да.
Голос хриплый.
- Я.
Эмилио садится на кровать. Рывком широко раздвигает ноги Карис.
Руки - выше.
На внутренней стороне бёдер прибавится синяков.
Сейчас это неважно.
"Говори со мной.
Убивай себя. Убивай всех вас".

Сейчас Карис желает его, как никогда.
Потому, что этим - убивает.
- А после тебя я займусь Сперанцей... - доверительно сообщает Эмилио. - Или... до?
Мужское тело движется по женскому, выше, кожа к коже.
Виторре целует, сладко, горячо, не ответить невозможно.
Отвечать - жадно, всё забывая.
Кроме двух вещей.
Первая: Эмилио с каждой секундой всё больше покойник.
Обнять мужские бёдра ногами, желать, сходить с ума от жажды, смешанной с выдержанной ненавистью.
Шепнуть в миг, когда поцелуй разорван, когда из прикушенной губы начинает сочиться кровь:
- А как же её друзья?
"Ты будешь говорить".
И почти экстатически вскрикнуть.
Зная, что передатчик спрятан совсем рядом, в изголовье. Будто безобидная женская вещичка закатилась в щель между матрасом и боковой планкой.
И зная, что он весь вечер включён.
"Го-во-ри... бо-о-ольше".
И Эмилио говорил.
Всю ночь.
Смаковал подробности своих и не только убийств.
Он думал, что издевается над почти трупом, но Карис считала иначе.
TaonДата: Суббота, 24.10.2015, 12:03 | Сообщение # 107 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


Ранним утром они сидят за маленьким белым столиком на балконе.
Карис заставляет себя не ёжиться от холода. На ней лишь просторная светлая блуза на несколько размеров больше, и кроме этого - ничего. Этот почти прозрачный кусок ткани не скрывает ни одной метки Эмилио, которые он поставил ночью.
Карис отогревает ладони о большую чашку, заставляет себя пить каф с молочной пенкой, с пряностями и двойной порцией орехового сиропа, и не морщиться от приторного вкуса.
У неё нет права на собственные предпочтения и желания.
Она будет делать то, что хочет Виторре.
Он так думает.
Он пьёт свой каф с наслаждением, лицо сияет самодовольством, а глаза - больные, бешеные.
Кудри в беспорядке. Брюки измяты, расстёгнутая рубашка - тоже, но ничто не смущало Эмилио.
Ничто, казалось, не могло причинить ему неудобства. Особенно в присутствии Карис.
Статус женатого человека за эти годы сыграл ему на руку, придав солидности. По указке отца, Виторре-младший наладил контакты с несколькими владельцами более мелких компаний и финансистами, и большего пока не требовалось.
Статус вдовца внесёт нотку сочувствия.
Что же до досадного недоразумения с Карис и Сперанцей Амадис... Эмилио был уверен, что у отца и его друзей хватит сил развалить дело. А ему оставалось лишь исполнять указания. И в случае некоторых позволялся творческий подход.
А его творческие наклонности были крайне неоднозначными.
Женщина привычно подавила в себе желание улыбнуться. Так же самодовольно.
Боль тела - ничто.
Любая боль - ничто, какой бы большой ни была. Как бы ни пыталась вырвать сердце из груди, какие бы крики не вырывала из глотки.
Важно лишь, что она лепит из слабого человеческого существа.
Доламывает ли до конца, или из куска плоти и нервов получится нечто более совершенное.
Повредит она разум, или закалит.
Женщина может вытерпеть много. Женщина не может терпеть.
В начале у Карис было мало сил. Для той, кто должна убивать.
Она позволила себе дерзость и глупость думать, будто через чужую смерть может освободиться.
Пройдя через боль и творческие капризы Эмилио Виторре, она поняла, что всё куда сложнее. Жизнь - игра по изощрённым правилам и без правил, где каждый носит маски, лжёт и ломает чужие жизни, сам не понимая, что творит. Или понимая очень хорошо.
В этой игре благие намерения неминуемо ведут кого-то в смерть или кошмар наяву. Порой тех, кто не имеет понятия об истоке зла.
Жалость и милосердие - иллюзия. Знакомство с реальностью того, кто в иллюзию верит, будет ещё более жестоким.
Жизнь не прекрасна. Это вечная борьба хищников за господство и желаемое. Остальные лишь песок под ногами. Пыль.
Как быть песчинке?
У Карис был ответ.
Вырвать себе более значимую роль. Более богато украшенную маску.
Или укатиться под сень исполина.
Только песчинка - ничто. Волны и ветер швыряют, гонят её, а не собственная воля.
Но не осознание ли - ключ?
Противно сладкий, обжигающий каф прокатывается внутри, согревая. Вкус полюбить невозможно, зато тепло...
Эмилио вдруг пристально вглядывается в лицо женщины. В его глазах - отблеск взбудоражившей идеи.
Медленно поднимается. И моментально огибает столик, бесцеремонно поднимает Карис за руку.
Эмилио делает шаг вперёд, к ограждению. Карис - назад.
Ещё два шага, и в спину женщины больно врезается холодная кромка.
Эмилио нежно гладит по щеке.
Чуть наклоняется. Шепчет на ухо:
- Знаешь, отец сказал мне, где ты должна умереть, но не сказал, когда начинать.
LexxДата: Воскресенье, 25.10.2015, 22:22 | Сообщение # 108 | Offline
Группа: Team
Сообщений: 12844
Награды: 284
ГМ

Жилой дом №605


"Разнести ему голову?.. "
Майор Мартинс смотрел на Эмилио Виторре сквозь прицел снайперской винтовки вот уже две или три минуты. За это время можно было отправить больного ублюдка на тот свет не единожды, но сотрудник Имперской Службы Безопасности, по понятным причинам, этого не сделал. Все должно быть чисто, так, чтобы никто не смог хоть за что-то зацепиться.
Расстояние до цели было попросту смешным для опытного снайпера - всего-то двести девяносто восемь метров. И выстрелить действительно очень хотелось.
-На, держи, - Мартинс протянул винтовку снайперу.
Агент молча взял укороченную версию E-11A2S, являвшуюся идеальным вариантом для городских условий, чуть подрегулировал прицел и занял позицию.
-Допуск? - деловито поинтересовался снайпер.
-Второй, - помедлив, ответил майор.
Допуск номер два означал, что снайпер должен вести цель, но открывать огонь только после того, как командир или заменяющее его лицо отдаст соответствующий приказ.
-Вас понял.
Джордж покинул позицию снайперского расчета и спустился на этаж ниже - туда, где его ждали бойцы отряда специального назначения Имперской Службы Безопасности.
-Все готовы?
-Так точно, командир.
Группа состояла всего из четырех человек, если не считать снайперов и считать самого Мартинса. При этом, Виторре охраняло шесть человек. По идее, нужно было брать больше бойцов и если бы Виторре был один, Мартинс так бы и сделал. Ну а в данной ситуации привлекать внимание оравой сотрудников ИСБ было нельзя.
-Итак, пройдемся по пунктам еще раз. Охрана Виторре: прикрепленный - в апартаментах, еще двое - за дверью, один у лифтовой площадки и еще двое на входе в здание.
-Итого шесть рыл, - подметил кто-то. - Плюс служба безопасности самого здания.
-Сработать нужно как можно быстрее и тише.
-Да мы помним, командир.
-Но если полезут - класть мордой вниз всех.
К счастью, жене Виторре принадлежал целый этаж в роскошном здании, а не весь дом целиком. Безусловно, это облегчало задачу, так как необходимая для проникновения в здание легенда могла быть почти какой угодно.
-А может предупредить их?
-А если протечет?
-И то верно.
-Все, работаем.

Апартаменты Карис Абертол


Группу рабочих с огромными баулами пропустили без каких-либо проблем, так как пропуска на посетителей были выписаны двое суток назад по заявке одного из жильцов дома. Разумеется, сумки рабочих были проверены всевозможными сканерами и даже открыты по первому требованию, но ни сканеры, ни охранники среди кучи разнообразных инструментов никакого оружия не обнаружили.
-Ну проходите, что ли, - буркнул один из сотрудников службы безопасности здания.
-Можно, да? Спасибо.
"Ты бы у меня и пикнуть не успел, аклай недоделанный... "
Увы, в покое группу не оставили: охранник вознамерился проводить их до апартаментов заказчика. Вскоре, группа переступила порог жилья заказчика - агента ИСБ под прикрытием.
-Карина, ты сегодня как никогда очаровательна, - хмыкнул кто-то из группы, оглядывая хозяйку помещения.
-Взаймы не дам, - усмехнулась женщина. - Майор?
-Работаем, - распорядился Мартинс.
Бойцы быстро переоделись и вооружились. В сумках, которые они притащили, действительно не было никакого оружия. А вот в квартире его было полно: завезли еще вчера, под видом дорогущей мебели, которую никто и никогда не позволил бы лапать частным охранникам.
-Кариночка, а ты переодеваться не будешь?
-Разве что в твоем воображении, ковбой.
-Разговорчики, - прошипел Мартинс.
-Понял, командир, замолкаю.
-Мои действия, майор? - спросила Карина.
-Вырубаешь электронику через тридцать секунд после того, как мы уйдем.
-Так точно.
-Обратный отсчет... Пять... Четыре... Три... Два... Пошли!
Первым под раздачу попал дежурный по этажу - парализующий луч настиг его раньше, чем он успел хоть что-либо сделать. Далее, группа избавилась от двух камер наблюдения. Вторым живым потерпевшим оказался пожилой мужчина, вышедший из лифта. С ним, разумеется, тоже никто особо не церемонился.
-Двадцать пять...
-В лифт!
Группа моментально загрузилась в лифт и устремилась наверх. Камера наблюдения в кабине, естественно, была уничтожена. Выход из строя сразу трех камер вызвал подозрения, но остановить группу сотрудники службы безопасности здания уже не успевали.
-Десять... Девять...
-Беру лифтового, - сказал Мартинс.
-Восемь... Семь...
Лифт достиг пункта назначения. Двери открылись. Обернувшийся охранник тут же рухнул как подкошенный. Еще двое - через мгновение. Остался только прикрепленный и двое у входа в здание, которые, в отличие от прикрепленного, опасности уже не представляли.
-Электроника сдохла. Двадцать секунд до включения "аварийки".
В тот же миг погасло освещение. Группу, разумеется, это не остановила. Все ИСБшники были в шлемах с навороченными сенсорами. Дверь, временно лишенную электронного замка, даже не нужно было взрывать.
Прикрепленный был малым подозрительным, но он немного опоздал: группа, когда охранник решил проверить, что происходит, уже проникла в апартаменты. В общем, с ним, как и с другими, никаких проблем не возникло.
Вот если бы младшего Виторре охраняли мандалориане, тогда для проведения операции, скорее всего, пришлось бы всю улицу отцеплять. Но фармацевтическим королям нельзя было выходить на люди с парнями в броне, поэтому их охраняли ребята в костюмах. Специальных костюмах, да. Но в туловище никто и не стрелял - только в голову.
-Работает ИСБ, всем лежать! - заорал Мартинс, когда группа ворвалась на балкон.
-Отошел от нее! Отошел я сказал! - крикнул другой агент.
Эмилио Виторре был под прицелом трех профессионалов (четвертый, в данный момент сторожил вход в апартаменты). Шансов сладить со стражами порядка у него не было, но вот попробовать совершить какую-то глупость он, разумеется, мог.
TaonДата: Вторник, 27.10.2015, 01:32 | Сообщение # 109 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


Эмилио медленно отворачивается от Карис.
Чуть быстрее поднимает руки.
Его губы всё так же изогнуты в улыбке. А в глазах будто застыл смех.
До замужества Карис знала его мало. Как исполнителя не знала вовсе, если не учитывать совместное времяпрепровождение.
Она могла ошибаться, но казалось - он совсем не умеет бояться.
Выходить из себя - тоже.
Он всё делал будто бы с радостью. С удовольствием. Как если бы каждый приказ отца был собственным капризом.
Но Виторре позволили себе считать, что ни у кого из ближайшего окружения нет своих капризов.
Что их личную империю не разрушить одним "хочу".
В чём-то они были правы.
Но в основе всего, на что шла Карис ради их смерти и своей свободы, было её желание.
Желания...
Они и имя так долго были единственной лазейкой, окошком в настоящий мир, что теперь оказались преувеличенно важны.
Настоящий...
Так ли?
Что может быть более реальным, чем боль?
Рвущая грудь, прошивающая голову.

... Когда гаснут миниатюрные светильники в комнате, выстроившиеся в волнистую линию на потолке, и коротко, тревожно сигналит на столе комлинк, Виторре понимает всё.
Он неглуп.
Он мог бы сколотить неплохой синдикат где-то на нейтральных территориях, или наркокартель, но не смел идти против отца. В крупном.
Эмилио знает, что вот-вот случится.
Карис может только дёрнуться, но это не спасает её от укола в шею.
Убивать мгновенно Виторре не собирается.
Нет, отстреленная из хитроумно устроенной пряжки ремня игла предназначена для другого.


Эмилио покорно отходит на шаг вправо. Ещё на один.
Карис опирается дрожащими руками о край. Линии фигуры легко различимы сквозь ткань, и это одновременно бесстыдно и невинно-соблазнительно. Спутанные волосы пламенеют рыжим, а лицо болезненно бледно.
Губы дрожат.
Сладкий каф и игла.
Карис была знатоком ядов. Разве не иронично умереть от того, что любишь?
Эмилио считал, это так.
Сладкий каф. Игла. Это лишь два первых аккорда в симфонии длиной в несколько дней, последних дней. Жаль, произведению не суждено быть доигранным.
Так ли?
Эмилио играл бы медленно.
Чередуя разные виды боли. Открывая новые.
Заставляя искать противоядие в собственных апартаментах.
Зря Карис отлучалась неделю назад на прогулку.
Квартиру превратили в игровую площадку имени Эмилио Виторре именно в те несколько часов.
- Вероятно, я, кроме вас, увижу и ордер? - поинтересовался он, словно и не стоял с поднятыми руками, под прицелом.
- И прошу простить мою жену. У неё нередки приступы аллергии.
Карис прикусывает нижнюю губу, чтобы не стонать от боли, так сильно, что по подбородку стекает кровь.
Вцепляясь руками в блузку, тянет ткань в стороны, почти обнажая грудь, царапая кожу острыми ногтями до крови.
В груди плещется лава, сжигая плоть до углей.
Вокруг лёгких плещется.
Длинные, прочные иглы пронзают виски, проникают в мозг.
Лоб и затылок в стальных, раскалённых добела, тисках.
Ноги подламываются, Карис сползает по ограждению.
Мучительный, сдавленный вой. От него делается только хуже.
От него перед глазами плывут огненные круги, и реальность расползается кривыми лоскутами.
А Эмилио улыбается.
LexxДата: Вторник, 27.10.2015, 15:50 | Сообщение # 110 | Offline
Группа: Team
Сообщений: 12844
Награды: 284
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


Да, Виторре умен. Да, Виторре хитер. Но его проблема в том, что он мнит себя самым умным и самым хитрым. Иметь дело с такими людьми намного проще, чем с чересчур осторожными.
Помимо этого, Виторре сказочно богат. И искренне верит в то, что море ему по колено. А еще, Виторре самый настоящий садист. И как все садисты - он тот еще трус.
"Ордер? Да, конечно... "
Внимание Мартинса приковано к Карис, хотя краем глаза он поглядывает на Эмилио. Профессиональная привычка.
Женщине плохо и видно это невооруженным глазом. Вот только ей не должно быть плохо. У нее нет никакой аллергии. Имперская Служба Безопасности знает о Карис все. И о Виторре тоже.
-Уведите ее. И медиков сюда, срочно!
Напарники Мартинса уводят Карис с балкона. Майор остается с Виторре наедине. Эмилио все еще ждет, что ему предъявят ордер на арест. Но сегодня все идет не по его сценарию.
-Ордер тебе нужен? - Джордж целится Эмилио в левое колено. - На, держи.
Мартинс стреляет и делает в суставе внушительную дырку. Боль, которая сейчас прознает Эмилио, мало с чем может сравниться. После такого люди признаются даже в том, чего они не совершали. Но Виторре все еще может быть убежден в том, что его отмажут. Самое время сказать ему, что большие деньги и влияние сегодня ему не помогут.
Джордж приближается к Виторре и говорит:
-Ты думаешь, что я не могу отличить аллергию от отправления? Ты меня за придурка держишь, Эмилио? Что, на папочку надеешься? Так папочку уже упаковали и отправляли в изолятор ИСБ. А знаешь что там с ним сделают, а? - Джордж хватает Виторре за грудки и хорошенько встряхивает. - Его там на куски порвут! Ваши адвокаты вам не помогут, обещаю. И ты, дерьма кусок, сдохнешь прямо здесь и сейчас, это я тебе тоже обещаю.
Майор отталкивает от себя Виторре и целится в правое колено Эмилио. Джордж не шутит. Обставить все так, будто Виторре напал на сотрудника Имперской Службы Безопасности и был убит - можно. Да, возникнут вопросы. Да, Мартинса понизят в звании и выведут за штат. Но на одного ублюдка станет меньше. Для майора это - благая цель.
К тому же, на балконе не было камер.
-Ну что, Виторре? Прострелить тебе второе колено или начать пальцы отстреливать? А хотя знаешь... Я могу и передумать, если ты вдруг вспомнишь, чем так резко заболела Карис и как ее можно вылечить.
TaonДата: Среда, 28.10.2015, 00:26 | Сообщение # 111 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


Как её подняли, Карис так и не понимает.
Её куда-то ведут под руки, и царапать грудь уже не получается. Кажется, ей удаётся даже вяло шевелить ногами.
Кажется, её опускают на что-то мягкое. Что это - растерзанная кровать в пятнышках крови, или длинный палевый диван в другой стороне, вдоль стены?
Не имеет значения.
Нет разницы.
Это что-то - мягкое.
И чуть прохладное. Если со сверлящим виски стоном лечь, прижаться щекой к ткани.
Малейший звук убивает.
От малейшего звука Карис тихо, жалобно скулит.
Скулит без остановки.
От этого в груди горит всё сильней.
В лаве живёт рой ядовитых насекомых.
Лава опаляет их крылья и доводит до бешенства.
Они хотят вырваться на свободу, затушить огонь в крови Карис и прогрызть путь наружу сквозь её тело.
Жалят.
Рвут жвалами.
На свободу, на свободу.
Родственные призрачные души.
Раздавить бы их, смотря, как ядовитые тельца осыпаются пеплом.
Растереть его меж пальцев.
Слизать с них. Вобрать в себя жажду, чтобы желания полыхали ещё яростней.
В них весь вкус и смысл.
Жалят. Рвут.
И Карис не может отключиться.
Ничего вокруг себя за болью не видя, она остаётся в сознании.
Мёртвая хватка то ли на скомканном на кровати, в ногах, покрывале, то ли на мягкой обивке дивана, разжимается.
Руки дёргаются к груди.
В клочья разодрать.
Но сжимают голову.
От звука выстрела, от вопля, от оглушительно громкого, натужного, неровного дыхания, от голоса голова, кажется, вот-вот разлетится в клочья.
Кусочки черепа, мозга и кровь разлетятся, брызнут во все стороны. Заляпают всё.
Карис снова взвывает, почти рычит.
Она хочет потребовать, чтобы молчали. Чтобы весь мир замолчал.
Тогда она снова сможет дышать. Жить.
Нечленораздельные звуки никак не складываются хоть во что-то похожее на слова.
Голову разрывает на части второй голос.
Срывающийся, с длинными паузами.
- Её не очень... любят... продавцы. Сиропа.
Карис утыкается во что-то мягкое и уже давно не прохладное лбом.
- И медицин....ских... товаров.
Она не видит, как сквозь болезненную гримасу Эмилио прорисовывается что-то похожее на поганую ухмылку.
На его лбу испарина, его бьёт неконтролируемая дрожь, он не смотрит на простреленное колено, валяется на полу. Но всё равно вот-вот улыбнётся.
Может быть.
- Она везде... забывает... свои лекар...ства.
Карис убила бы его.
Медленно. На куски бы резала, травила, жгла.
Воплотила бы каждый образ, мелькавший в голове за эти годы. Сколько же их было.
Она сделала бы для него то, чего он не мог помыслить.
Пока не поймёт, кто здесь истинный художник. Кто творец. Кто повелительница.
А вместо этого она глухо стонет, содрогаясь всем телом. Скрюченные пальцы царапают что-то мягкое вместо груди.
Эмилио хочет, чтобы вместо Карис играли её... друзья.
Раз уж она им так нужна.
- Но через двадцать... минут...
Ухмылка всё-таки вырисовывается на лице.
Может быть, она - последняя.
Может быть, дышать ему недолго.
Тем слаще игра. Даже если она не начнётся.
Его удовольствие - в установлении правил.
LexxДата: Суббота, 31.10.2015, 14:07 | Сообщение # 112 | Offline
Группа: Team
Сообщений: 12844
Награды: 284
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


Как оказалось, молодой, во всяком случае по меркам майора, мажор, был силен духом. Во всяком случае, по сравнению с большинством людей, которые, получив такое ранение, признали бы себя виновными в убийстве Императора Палпатина.
-Командир, что происходит? - услышал Мартинс вопрос снайпера, наблюдавшего за разыгравшимся шоу с Эмилио Виторре в главной роли.
-Ты ничего не видел, - тихо ответил ему Джордж.
-Принято.
Снайпер, как и все подобранные майором бойцы, лишних вопросов не задавал. Он работал под началом у Мартинса уже давно и абсолютно ему доверял.
-Командир, тут все плохо, - это говорил один из двух агентов, находившихся с Карис. - Я мог бы вколоть ей коктейль, но боюсь, что станет хуже.
-Медики?
-Я сказал, что ранен офицер ИСБ. Будут через две минуты.
-Командир, здесь какой-то дебил грозит мне голову продырявить, - вышел на связь агент, стороживший вход в апартаменты.
-Скажи, что если он не заткнется и не свалит отсюда, то через пять минут контора устроит ему тотальную проверку с постановкой в известную позу и его самого и всех жильцов.
-Есть.
-И огонь, если что, открывай без предупреждения.
-Принято.
Закончив говорить со своими подчиненными, майор обратил свой взор на Виторре. Определенно, Мартинсу совсем не нравилась затеянная Эмилио игра и поэтому он желал покончить со всем этим как можно быстрее.
"Да ты у нас не только садист, но и мазохист, похоже... Ну-ну... "
Джордж вешает бластерную винтовку на плечо, подходит к поверженному врагу и начинает бить его тяжелыми ботинками. Мартинс метит в самые уязвимые места, но при этом ни разу не попадает по голове. Выбивать зубы молодому мажору он не хочет. Пока не хочет.
Экзекуция длится секунд пятнадцать. На самом деле, этого вполне достаточно, если бить профессионально, то есть именно так, как это делает Джордж.
-Ты наркоман что ли, Виторре? Или просто псих? Что с Карис и как ее вылечить?
TaonДата: Суббота, 31.10.2015, 23:06 | Сообщение # 113 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


В океане боли можно захлебнуться и покорно пойти ко дну.
Остаться там навсегда, но больше никогда не чувствовать.
Сбежать в мёртвую тишину.
В какой-то момент Карис кажется, что где-то в стороне тишина ласково шепчет ей одной.
Заботливо предлагает.
Просит.
Обещает ласку и покой.
Пустоту.
Карис не хочет туда.
Каждый её день был борьбой. Был движением к заветной цели: стереть всех Виторре в порошок, втоптать кровавую кашу и пепел в грязь.
А тишина предлагала ей покой во всей его мерзости и лживости.
Чем была бы Карис без своей борьбы, без этой долгой игры, без ежедневного риска, изматывающих встреч с ненавистным мужем?
Тенью.
Бледной забитой тенью, ждущей часа, когда за ней придёт тишина.
Жалкой. Слабой. Ничтожной.
Её и так нельзя было назвать выдающейся. Застрять на три года в западне - слишком долго.
Но быть тенью гораздо хуже.
Карис отказывается.
Вслушивается в звуки голосов. Жадно. До безумия желая, чтобы только они не смолкали.
Пусть разрывается голова.
Океан боли без крови - фальшивка.
Карис ненавидит фальшь, являясь виртуозом лжи.
Она любит правду.
Здесь, сейчас её истина - это боль. Нескончаемая, режущая, огненная, честная.
Такая кристально чистая.
Совершенный кристалл кроваво-алого цвета.
Рыжим к лицу такие украшения.
Но этот кристалл не висит на цепочке. В нём замурована сама Карис. Цепями, тянущимися в стороны, скована.
Скована ли?
Голоса звучат всё так же нестерпимо. Гремят в ушах.
Грудь всё так же болит. Во рту - привкус крови.
Секунды неумолимо убегают, и лишь одна в этом доме начисто выброшена из их бега.
Та, кого он особенно касается.
Та, кого промедление скоро убьёт.
Пальцы замерли на чём-то мягком. Сжались и вдруг расслабились.
Сжались вновь.
Всё почти как и было. Снова прерывистое от боли чужое дыхание, только с мучительным стоном боли, а не воплем.
Этот стон - бомба.
Кровавый океан светлеет.
Карис хочется рассмеяться, но она не может, лишь хрипит. Неровно, часто.
Смеяться, погибая. От презрения смеяться.
Презрение, гадливость, ненависть сплетаются намертво. Они хотят быть вместе, одним существом. Как любовники после долгой, горькой разлуки.
Карис хочет встать. Подойти к Эмилио - как есть, полуголая. Наступить на горло, на каждое место его тела, где свила уютное гнёздышко её честная подруга-боль.
Прижечь каждое. До мяса, и глубже.
Подруга танцует в огне и играет на лезвиях.
В глаза посмотрит лишь когда лопнут.
Мысленно Карис парит над ним. Эфемерными крылышками лёгкая бабочка-месть касается его глаз, зеркала гнилой души, и вдруг оказывается по ту его сторону.
Чувствует. Страх, неверие, самоуверенное желание красиво дойти до конца, ненависть и больное, извращённое желание играть. Неважно, во что. Неважно, с кем. Лишь бы было место для крови.
Не понимает.
Просто...
Слышит - впервые - мысли, которые он готов прокричать, ухмыляясь всё так же издевательски.
Или проскулить.
Знает ли он сам, на что готов?
С крыльев потерявшейся бабочки слетает сумеречная пыльца. Тёмно-голубая дымка растворяется в грязной жиже мыслей.
Срывающихся с женских губ.
- Ка-а-арис? Твоя шлюха? - голос дрожит, говорить так больно, лоб вжимается в мягкое сильней, чтобы хоть чуть-чуть ослабить ужасную пульсацию в голове.
- Яд, идиоты, яды, имею право.
Блуждающую бабочку ласково обжигает паникой.
- Под своими ногами не видите, чем спасти свою падаль.
Ураганом бабочку вышвыривает назад.
Из груди рвётся то ли жалкий смешок, то ли всхлип.
Пальцы сжимаются конвульсивно.
И почти ускользает сознание.
LexxДата: Воскресенье, 01.11.2015, 13:13 | Сообщение # 114 | Offline
Группа: Team
Сообщений: 12844
Награды: 284
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


"Да, просто псих... "
Главная проблема таких как Эмилио Виторре была в том, что они не умели проигрывать. Совсем. Мир вращался вокруг них - это мысль была внушена им с самого детства их родителями, которые, кстати, хоть что-то, но из себя представляли, в отличие от детишек, которым просто повезло родиться в обеспеченной семье.
"Ну и что?.. Его признают невменяемым и все... Дорогая частная клиника, уход, обслуживание по высшей программе... Даже власти Телконтара может не хватить... "
Джордж ошибался. Власти Прокуратора Империи не хватило бы разве что для вынесения какого-либо приговора двум Лордам. Но Мартинс, в данный момент, сомневался во всем.
-Под своими ногами не видите, чем спасти свою падаль.
Майор наносит еще один удар и слышит, как хрустит очередная кость. Сотрудника ИСБ это волнует мало, так как он уже далеко не в первый раз оправдывался перед судебно-медицинской экспертизой. Во время задержания всякое случается. Особенно, когда агентов встречают стрельбой.
-Командир...
-Обыщите здесь все, - приказывает Мартинс. - И дайте мне еще один ствол.
Один из агентов входит на балкон, молча встает рядом с Эмилио и пару раз стреляет в Джорджа. Броня майора, разумеется, держит удар. После этого, агент вкладывает бластер в руку Эмилио и делает еще несколько выстрелов. Уже не в Джорджа. Наконец, отбросив оружие в сторону, подчиненный Мартинса уходит.
"Вот и все, Эмилио... Ты несколько раз в меня стрельнул и даже попал... По всем законам, я имею право тебя пристрелить, что я и сделаю... А то, что сразу в сердце не попал... Ну ладно, пересдам зачет по стрельбе... Что ногами попинал... Ну так пытался обезвредить... Увы, не вышло... "
Вопреки ожиданиям, на поиски антидота уходит не так уж и много времени. Эмилио, вероятно, не хотел убивать Карис так сразу. А вообще, кто его поймет...
-Командир, а если...
-Коли. Ответственность на мне.
-Вас понял.
Мартинс стреляет Эмилио в правую ключицу. Секунд через десять - в живот. И, наконец, секунд через пятнадцать, в шею. К счастью, Джордж успевает расправиться с Виторре до приезда врачей.
-Командир, записи системы безопасности изымаем?
-Конечно. И уничтожаем оригиналы. Все по протоколу.
Поскольку делом занималась исключительно Имперская Служба Безопасности, оставлять записи для полицейских и других служб никто не собирался.
-Командир, а...
-Вы ничего не видели, а снайпер скажет, что он на меня напал, но приказа на ликвидацию я не отдавал. Что с Карис?
-Да там врачи что-то щебечут...
TaonДата: Воскресенье, 01.11.2015, 17:39 | Сообщение # 115 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Апартаменты Карис Абертол


Голоса.
Карис забыла, как это - хотеть их слышать.
Голоса.
Они такие приглушенные, бормочут неразборчиво, не понять.
Голоса.
Они никогда её не отпустят.
Всё правильно. Пусть держат.
Только жаль, что успокаивают. Покой опасен. Усыпит, отравит ещё сильней. И тогда всё закончится.
Так ли?
Или Карис сильнее, чем ей кажется? И продержится ещё минуту, две, пять, тридцать?
Укола она почти не чувствует. Что он в сравнении с кошмарным действием новейших препаратов Виторре?
Ничто.
Рот наполнен вкусом крови.
Кровь - это всё, что осталось.
Сколько ещё сердцу биться, сколько ещё оно сможет гонять кровь по отравленному организму, в попытке сохранить жизнь делая всё хуже?
Голоса становятся тише и тише, дальше и дальше.
Карис медленно, против воли расслабляется, погружаясь в спасительное забытье, которое дарит вовремя введённый антидот.
Она проспит долго. А когда проснётся, поймёт, что верная подруга-боль её покинула, оставив одну в лживом мире.
Такая почти родная.
Привычная, правдивая.
Та, по кому Карис не будет скучать.
Она будет жалеть.
О том, что мужа прикончил кто-то другой.

Три дня спустя. Ресторан "Отрада Кайи"


Карис помнила чувство мгновенной агонии, расцветившей её собственную. И пустоту, тишину вслед за ней.
Помнила и смаковала это чувство за уже вторым бокалом изумительного красного вина.
Не задумывалась, откуда оно взялось.
Не могла. Ушло сверхчеловеческое напряжение всех сил, оставив почти приятное изнеможение, лёгкость, смешанную с непониманием, что делать дальше.
Хотелось понять, как теперь жить.
Научиться бы жить.
"Кто мне ответит, как?"
Карис лениво обвела зал взглядом. Твёрдость в нём сплеталась с лёгкой кокетливостью.
Совсем не тот взгляд, что раньше. Не та осанка. Всё другое, и в этом прелесть.
Она здесь одна, не с мужем, не под конвоем охраны.
Здесь можно встретить сказочно богатую, влиятельную персону. Впечатлить. Может даже, уйти вместе.
Но не за этим Карис пришла сюда.
Не для этого хорошо постаралась сделать себя красивой.
Тонкий браслет с алыми камнями, украшавший левое запястье, загадочно сиял в свете огней.
Ниспадающее вниз красное вечернее платье оголяло почти всю спину. Лишь на уровне лопаток перекрещивались две полосы ткани.
Ни единого пореза, ссадины, синяка. Никто больше не мог запретить Карис быстро сводить отметины.
Никто не мог ей указывать.
Никто не мог контролировать её жизнь.
Она была пьяна своей свободой.
Какая-то часть её - точно.
Она могла свободно дышать и наслаждаться каждым мгновением.
И хотела, чтобы на неё смотрели.
Но уже не камеры.
Карис казалось, она впитывает каждый будто невзначай, мимолётно остановившийся на ней взгляд. Жадный, скучающий, любопытствующий ли. Завистливый ли.
Она её оживляли.
Сегодня она впервые показалась улице. И впервые же вышла в свет. Если так можно было назвать одинокие посиделки в ресторане с бутылкой вина, которую Карис точно не одолеет, и потихоньку исчезающим фруктовым салатом.
Каждый вдох давался чуть легче.
Ей всё ещё казалось, что каждый шаг под наблюдением. Она всё ещё боялась появления людей Виторре.
Три дня - слишком малый срок, чтобы отвыкнуть от страха.
Какая-то часть её мечтала вернуться в уединение, запереться и нырнуть под одеяло. Не верила, что всё закончилось. Наконец-то.
Всё ли?
Империя скора на расправу. Но поможет ли это Карис, поможет ли до конца?
Кому, как не ей знать, на что способно семейство и его приспешники. Как изобретательны они могут быть.
Потому левую руку украшают, кроме браслета, два крупных кольца, на указательном и среднем пальцах.
В них спрятано спасение. Если суметь им воспользоваться.
Змея не должна оставаться без яда.
Ярко-рыжие локоны струятся по перечёркнутым бретелями плечам. След яркой помады на отнятом от губ бокале становится чуть ярче.
Для дебюта Карис избрала место подальше от центра зала. Но всё равно она чувствовала, что кое-кем уже желанна.
Пусть. Так должно быть, ей это нужно.
Сегодня она ни для кого не станет призом. И так будет продолжаться ещё долго.
Мужские прикосновения её страшат. Эмилио Виторре не забыть за три дня.
Но взгляды и интуитивно улавливаемые эмоции помогают чувствовать себя всё более живой.
После трёх лет тайного движения к цели на топливе из ненависти Карис опустела. Она заставила себя выйти, чтобы начать чем-то наполняться.
Не чем попало. Для этого она слишком разборчива, слишком опаслива. И слишком хорошо знает природу человека, и не только его.
Она боится, но два прошлых дня в полной пустоте выпили остаток сил.
А Карис нельзя быть слабой.
Так привыкла. Так хотела.
Вот оно.
Она стремилась наполнить жизнь новыми "хочу" вместо одного огромного, владевшего ей без остатка. И покинувшего.
Несколько мелких ярких кусочков отправляются в рот, но Карис плохо чувствует их вкус.
В отличие от вина. Но после нового неторопливого глотка в бокале волшебного напитка остаётся всего лишь ещё на один.
Ей некуда торопиться. Она не спешит наполнять бокал в третий раз.
Ей так не хватало возможности растягивать удовольствие. Знать, что лишь её воля и каприз управляют всем, что никто не посмеет заставить её бросить занятие и снова бежать по зову ненавистного Эмилио.
Не хватало до безумия.
В голове отчего-то вертится мысль, что отблески огней в вине слишком похожи на блики в крови.
ArkrayneДата: Воскресенье, 01.11.2015, 19:28 | Сообщение # 116 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 812
Награды: 38
Ну почти «Л»
Дарт Вереор. Согласовано с ГМ. НПС.

---> Тяжелый фрегат Каррак II "Бойня"

Короткий перелет на шаттле, и Вереор был уже в космопорте. И было очень приятно не стоять в очереди, на регистрацию, как обычно, а идти прямо к выходу по коридору для посетителей с особым статусом. Таким, например, как Гранд Генерал. Первым делом Вереор решил поесть. Нормально, вкусно поесть. В кои-то веки. Еда была одним из удовольствий жизни и сидеть на офицерских пайках ситху было не очень по нраву. Но кухня на военных судах разнообразием не блистала. А посему можно было и зайти в ресторан какой-нибудь. Выцепив на входе в космопорт кого-то похожего на богатого аристократа, коими так кишел Корускант, Вереор спросил у него, какой ресторан тот ценит больше всего и вообще рекомендует. Аристократ сначала хотел отправить Вереора к хаттовой матери, но то ли узнал лицо Гранд Генерала, то ли просто струхнул перед габаритами или видом световых мечей и кинжала на поясе, и все-таки сказал название своего любимого ресторана - "Отрада Кайи". Вереор кивнул и поблагодарил богача, после чего направился к такси. "Мда, ну и слизняк. Интересно, все богачи такие?" - думал Вереор, усаживаясь в такси и называя адрес. Закон Энгера хоть и запрещал ИИ, но за рулем такси все еще были дроиды. Наверное потому, что ИИ у них были примитивными и программы заточены только под транспортировку.

Ресторан "Отрада Кайи"


Ресторан действительно был под стать богачам. Вычурный. Богато украшенный. С ориентацией на прошлое. Деревянный пол. Деревянная мебель. Светильники, сделанные в форме свечей. Много желтого и красного. Живая музыка. Медленная, красивая. Пожалуй, эта деталь Вереору определенно нравилась.
- Можно Вашу мантию, господин?
Вереор засмотрелся на интерьер и задумался в дверях. Так что лакея он заметил только когда тот к нему обратился.
- Нет, мальчик. Не думаю, - Вереор давал понять, что даже если и есть запрет на вход в верхней одежде, на ситха он не распространяется.
Мантия была главным и самым роскошным и красивым элементом одежды Вереора. Без нее он выглядел бы очень обыденно. Хотя, наверное, больше как наемник. Белая рубашка. Черные штаны. Черные кожаные сапоги до колен. Ну ни дать ни взять, обычный человек! Разве что двухметровый. И широкий. Лакей поклонился и отошел. Вереор сделал пару шагов, после чего к нему подскочила девушка. Молодая, лет двадцать-двадцать пять, не больше. На каблучках, в черной юбке-карандаше и золотистой блузе.
- Добро пожаловать в "Отраду Кайи", господин?..
- Вереор. Лорд Вереор.
- А... - девушка замялась. Может, пыталась вспомнить, где она слышала это имя. Может, просто испугалась тона и тяжелого взгляда янтарных глаз. - Лорд Вереор... Гранд Генерал... Меня зовут Филиа. Прошу за мной. Можете выбрать любое место.
- Не в центре. Где-нибудь подальше от глаз. Я поесть пришел, а не ловить взгляды и слушать перешептывания.
Девушка кивнула и жестом пригласила следовать за собой. Вереор послушался. И ухмыльнулся. Со спины было видно, как уверенная походка сменилась робкими шагами, хоть и достаточно быстрыми. Коленки дрожали. Но Вереор помимо страха и волнения чувствовал в девушке еще и надежду. В конце концов, если такой гость останется ей доволен, это отразится на ее зарплате, карьере... Ну, и чаевые, разумеется. Филиа привела его к столику, который показался ей приемлемым. Соседей на расстоянии двух-трех столиков не было и в помине. Вереору тоже понравился столик.
- Прошу, Лорд Вереор... Принести Вам меню?
- Филиа... - Вереор слегка нагнулся и взял маленькие плечики блондинки в руки. Заглянул ей в глаза. - Ваш голос дрожит. И руки. И коленки. Я вижу, что вы меня боитесь. Не надо. Я весьма не привередлив, когда дело касается еды или обслуживания. Так что прекратите дрожать, возьмите себя в руки и работайте спокойно. И улыбайтесь. Сделайте мне приятно.
Девушка сначала вздрогнула от прикосновения огромных ладоней. Потом расслабилась. Выдохнула. Улыбнулась, но как-то делано. Она пока не могла поверить, что сам Гранд Генерал может быть таким... снисходительным. Ну, обычно он таким и не был. Со своими подчиненными. И с мужчинами.
- Хорошо, Лорд Вереор, я постараюсь. Принести меню?
- Нет, не стоит. Мне стейк. Большой. Средней прожарки, слегка с кровью. Мясо значения не имеет, но пусть будет самое дорогое, хоть узнаю, что на Корусканте считается деликатесом. Гарнир... Любой, на Ваше усмотрение. И бутылочку блоссомского. Вы все запомнили?
- Конечно, Лорд Вереор! - Филиа успокоилась. Теперь ее улыбка была более натуральной и естественной. И она ничего не записывала. Запомнила. - Большой стейк из гуаламы, средней прожарки, пассерованные кореллианские овощи, бутылка блоссомского красного. Все будет готово не позже, чем через полчаса!
Филиа, цокая каблучками, убежала, оставляя Вереора в одиночестве разглядывать посетителей. В большинстве своем интереса они не представляли. Богатые мужчины и женщины. Причем, интересны были парочки, состоявшие из пожилого и молодого партнеров. Пока одни были папиками, другие были альфонсами. По крайней мере, мужчины. К женщинам у Вереора вопросов не было. Разве что к тем, что держали альфонсов и, видимо не понимали, что их дурят. Идиотки. Тяжелый скучающий взгляд бродил, в основном, по центру зала и противоположной его стороне. Своих ближайших соседей Вереор не замечал. Пока Филиа не принесла бокал и бутылку. Руки уже не дрожали. Щеки горели. И улыбалась девушка чуть ли не во весь рот. И ни капли не пролила мимо бокала. Поставив бутылку на стол, девушка снова удалилась. Вереор пригнулся к столу, чтобы оценить цвет напитка. Благородный бордовый цвет. Вину было почти столько же лет, сколько и Вереору. Приятно. Вереор сделал небольшой глоток и покатал напиток по языку. Терпкий. С ореховыми нотками. Прекрасный напиток под мясо. Ситх поднял глаза и первый раз за вечер посмотрел перед собой. Почти напротив него сидела девушка, которую он несколько минут почему-то игнорировал. А внешность ее не могла не приковывать взгляд. Она хотела, чтобы мужские взгляды останавливались на ней. Но не более. Смотри, но не трогай. Красное платье с интересным вырезом и оголенной спиной. Огненно-рыжие волосы. Украшения из дорогих металлов и камней. Красная помада на красивых, не слишком пухлых губах. Длинные ресницы, из под которых устало смотрели серо-зеленые глаза. И порой во взгляде проскакивали нотки кокетства. Показушница. Или..? Заполняет внутреннюю пустоту? Вереор посмотрел на девушку более пристально. Даже не на нее. В нее. Вовнутрь. Внутри были страдания. Слезы. Ненависть. Боль. И совсем недавно это все прекратилось и девушка просто не знала, что делать дальше. И как. Вереор мог бы залезть еще глубже и увидеть причину всех страданий девушки, но пока не стал. Он почувствовал на ней еще несколько взглядов. Внимательных. Злых. Вереор в мгновение ока проследил, откуда они шли. Трое мужчин. В дешевых костюмах. Пили эль. В дорогом ресторане. Над конспирацией надо поработать, дааа... И как у таких остолопов оружие на входе не нашли? Вереор почувствовал запах насилия. Спасение девушки в данной ситуации было больше приятным бонусом, чем целью. Вереор хотел убить этих троих сразу же, но действовать надо было... Изящнее. Вереору. Ситха слегка перекосило, но он быстро сбросил это выражение лица. Встал. Подошел к музыкантам и заказал мелодию. Те повиновались и начали играть медленный танец. Вереор неспешно приблизился к девушке в красном.
- Будьте так любезны, подарите мне один танец? - Вереор умел заставлять свой голос звучать нежно. Но сейчас не было времени на женские капризы и отговорки. И Вереор через Силу внушил ей желание потанцевать.
Податливый разум откликнулся и повиновался. Хоть и не сразу. Девушка протянула ситху руку, он поцеловал ее, помог красавице встать и вывел чуть ближе к центру, где пространства было достаточно.
Танцевать Вереор не умел. Практически. Но умел контролировать свое тело и не ходить по ногам партнерши. И владел формой Макаши, которая чем-то напоминала грациозный танец. Вереор как умел, аккуратно и нежно вел свою партнершу, сознание которой было до сих пор в его власти, и желание танцевать не отпускало девушку ни на миг. Они танцевали столько, сколько было необходимо. Он чувствовал тепло ее тела. Слышал томное дыхание. Держал нежную кожу в грубых ладонях. И ждал действия со стороны убийц. И они не заставили себя ждать. Все втроем поднялись и, слегка приблизившись, по очереди выстрелили из бластеров, дождавшись, пока девушка будет повернута к ним спиной. Вот тут Вереор и отпустил сознание девушки и резко дернул ее в сторону из под-выстрелов, ловя и поглощая бластерные заряды рукой. Глаза убийц расширились. Народ вокруг отпрянул, кто-то закричал.
- Ну же, господа! Мы в культурном заведении находимся, в конце концов, а вы пальбу устраиваете! - усмехнулся Вереор, заслоняя девушку всем своим телом.
- Уйди с дороги, мужик. Она должна умереть, и твой труп нас не остановит.
- Ну, пробуйте, мальчики.
Вереор поглотил еще несколько выстрелов под удивленные вздохи посетителей. Убийцы переглянулись.
- Хватит, - рявкнул Вереор и выбросил руку вперед. После чего медленно поднял ее. Три тела взлетели в воздух вслед за рукой, бластеры попадали из рук и мужчины потянулись к шеям. Вереор сжал кулак. Хрустнули позвонки. Тела обмякли и рухнули на пол. - Клоуны. Позовите, пожалуйста, уборщиков, пусть вынесут мусор!
Вереор без лишних слов, наигранно игнорируя девушку, которую только что спас, вернулся за свой столик. Ждать заказа.

'Evil' is a word used by the ignorant and the weak.
The Dark Side is about survival.
It's about unleashing your inner power.
It glorifies the strength of the individual.
TaonДата: Понедельник, 02.11.2015, 22:35 | Сообщение # 117 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Ресторан "Отрада Кайи"


Карис вбирала в себя каждый взгляд, мастерила из них свои невидимые крылья, но те оказались пропитанными гнилостно пахнущим маслом.
Карис гордилась своим невероятным чутьём людей, но сегодня была почти готова его проклинать.
Не так уж много тайно желающих, оценивающих, раздевающих взглядов досталось ей. Всё же, приличное заведение.
Но в каждом она чувствовала Эмилио.
Сказочно богатого, самодовольного, гадко манерного.
Да, она преувеличивала.
Но сердцу, ненавидящему по привычке, не прикажешь.
Призрак уничтоженного её желанием и чужими руками мужа витал рядом, касался волос, не желал уходить, не собирался отпускать.
Карис знала, как заставить его отступить.
Она налила себе полный бокал. Подняла его на уровень глаз, будто оценивая игру красок.
"Вино - кровь. На вечер смоет печаль.
Кровь - вино. Попробуешь и очаруешься".

Возможно, со всей бутылкой Карис всё-таки расправится.
Она не боится памяти.
Боится, что вспомнит слишком хорошо, ярко. Слишком подробно. Слишком... реалистично.
Придёт время, когда получится спокойно перешагнуть через такое недавнее прошлое и пойти дальше. Но пустоту внутри не стоит заполнять ушедшей в небытие кровью.
Молчаливый призрак всё кружит рядом, сверкает на дне чужих зрачков.
И вдруг что-то меняется.
Карис гордилась своим невероятным чутьём людей, но теперь не могла понять ничего.
И не могла ни чуть повернуться, ни просто повернуть голову, чтобы посмотреть в сторону входа.
Позвоночник словно пригвоздили к стулу, пронзили огромной иглой.
И вспомнить бы, как дышать.
На миг забыла.
А призрак сжался, поник, почти испарился.
Тот, кто так разом вторгся в пространство, тот, кому не было дела до призраков из женской памяти, не одарив и мимолётным взглядом, в сопровождении официантки прошел мимо.
Редкая женщина не в силах хоть что-то понять о мужчине.
Но Карис запретила себе составлять впечатление.
Спрятала его в самый дальний уголок сознания, устремила взгляд на какую-то парочку поодаль. Женщине на вид, даже при условии использования элитной косметики, можно было дать лет пятьдесят. Мужчине - едва ли тридцать.
"Будь счастлива, если случайно не умрёшь от таблетки от головной боли".
Немного поковыряв останки того, что раньше смотрелось как чудо кулинарного искусства, а теперь представляло собой две маленькие кучки жёлтого и нежно-алого цветов, - кусочки фруктов трёх других цветов уже четверть часа как исчезли, - Карис отвлеклась от дамы с игрушкой уже на пару с противоположной ситуацией, как вдруг почувствовала взгляд.
И - прохладой по спине.
И - жаром плеснуло.
Этот взгляд был другим. Не тем, какие так быстро вызывают привыкание и поселяют где-то внутри червячка по имени Омерзение.
Но каким же тогда?
Карис не могла понять.
Молчали и чутьё, и обыкновенная женская чувствительность.
Карис хватало наваждений. Ни к чему искушать себя ещё одним.
Но этот взгляд не исчезал, а словно проникал под кожу. Всё дальше.
И дальше.
Почти убедила себя не...
А что - "не"?
Кто теперь посмеет помешать ей просто посмотреть в лицо человека, одно присутствие которого будто искажало пространство?
Потому, что Карис наконец-то не ощущала Эмилио.
Её ответный взгляд - быстрый, невзначай, как бы просто оглядывающий зал и гостей.
Её замешательство, не показавшееся из-за привычной маски.
Где-то она видела это лишенное гадкой ненавистной смазливости лицо и мощную, огромную даже, фигуру. И яркие глаза, и шрам-ухмылку.
Детали складываются в единую картинку почти мгновенно.
Карис вспомнила.
Новости с Антареса. Гранд-генерала. И мелькнувшую тогда в голове мысль: как легко эти руки свернули бы шею Эмилио. Но участь младшего Виторре - роковой женский каприз, воля и манипуляция.
Пальцы сжали ножку бокала чуть-чуть сильней, незаметно.
И тут кольнуло. Больно. Тревожно.
Злобой.
Карис напоминает себе, что у неё есть...
Есть...
Наваждение.
Гранд-генерал поднимается. И уже сосем не удивляет, как человек его сложения может двигаться так легко, совсем не как стереотипные громилы.
Колет чей-то злобный взгляд.
Но не обернуться. Потому, что он уже идёт от музыкантов к...
... Карис не успевает прижать ладонь ко рту в неосознанном, таком женском жесте испуга.
Не позволяет себе быть... такой. И это всё, на что её хватает.
Равновесие на каблуках восстановлено, но в голове царит туман и хаос.
В голову не укладывается, как это могло произойти.
Как Лорд Вереор оказался рядом и... выдернул её из-под выстрелов?
И как возможно убивать, не касаясь, не стреляя, не подходя?
Знает, как. Но увидеть так близко...
Какие-то женщины уже успели разрыдаться. Карис стояла молча, бледная, но без единой слезинки в глазах. И подбородок, и руки не дрожали.
Туман в голове не позволял.
Картинки не складывались в единое целое, срастались вкривь и вкось, и рассудок всё никак не мог справиться с ними.
Всё никак?
Всего минуту.
Молча мотнув головой в ответ на чьё-то обеспокоенное предложение помощи, Карис медленно пошла к своему столику.
Каждый шаг - испытание.
Лихорадочными попытками осознать только что случившееся.
Отсутствием взгляда.
Как во сне Карис села на своё место. Подняла бокал.
Вот оно. Стоило попробовать пригубить, как зубы мелко, тихо звякнули о край бокала. И ещё, и ещё.
В груди что-то скрутилось в узел, намертво.
Только теперь поняла: её пытались убить.
Убить. Прямо здесь, на виду. Не на улице, не тихо, а здесь.
Карис вгляделась в почти полный бокал.
"Кровь - вино. Лей побольше".
Ей удалось за несколько минут себя успокоить. А долгий, сладкий глоток расставил всё по местам.
То, что можно было расставить.
Карис что-то забыла. Целый фрагмент выпал из её памяти.
А она знала себя. Знала, что испуг и даже ужас не могли такого сотворить.
Была стойкой и три года ненавидела себя за это.
Но... что Карис могла со всем этим сделать?
Она задумчиво посмотрела в сторону Лорда Вереора. Да, работали здесь замечательно: несмотря на происшествие, итогом которого стало три трупа со сломанными шеями, - как же Карис мечтала услышать этот гадкий хруст, но не здесь и другой шеи! - Гранд-генералу уже принесли его заказ.
Тихий вдох и выдох.
Встать - красиво, грациозно. И напрасно: Гранд-генерал всё равно не смотрел на девушку.
Небрежным, но аккуратном жестом подхватить свой бокал со стола.
И сыграть в игру "не оглядывайся".
Оглянешься - потеряешь решимость.
Себя потеряешь.
Только вперёд. Плавной походкой.
- Могу ли я... - Карис едва начала, как Лорд Вереор, не глядя на неё и тем более не прекращая жевать, приглашающе указал на место напротив себя.
- Поблагодарить вас за моё спасение, - садясь, всё же договорила она.
ArkrayneДата: Понедельник, 02.11.2015, 23:51 | Сообщение # 118 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 812
Награды: 38
Ну почти «Л»
Дарт Вереор

Ресторан "Отрада Кайи"


Никто не видел, как Вереор поглощает остатки жизней убийц. Чтобы выпить жизнь из живого, нужно много концентрации и усилий. Сейчас же жизнь не сопротивлялась и ее нужно было лишь перенаправить. Вереор насыщался. Остатками жизней. Страхом. Паникой. Смятением. Вроде бы даже и никакой еды не нужно было, чтобы поддерживать себя в порядке. Но сознание требует одной пищи, тело - другой. Той, что принесла Филиа ровно полминуты назад. Он чувствовал на себе взгляд. Так смотрят на героев. Только вот героем никаким Вереор не был. Разве что героем собственной автобиографии. Или просто биографии, если такую про него напишут.
Вилка в левую, нож в правую... Никаких хищных вгрызаний в кусок мяса. Не есть руками. В приличном месте не поймут. Небольшой кусок мяса скрылся во рту, раскрывая свой вкус и вкус специй. Интересно. Сочно, нежно. Немного крови. В крови не было жизни. Хоть мясо и было свежим и лучшего качества, жизнь в крови чувствуется только день-два после смерти. Вереор знал это. Он ел сырое мясо очень многих животных. Хищник. Охотник. Убийца... Маньяк и психопат. Вереор прекрасно знал, что такое мнение о нем имело место быть. И не особо с этим спорил. Глоток вина. С мясом оно было еще приятнее. Мясо с ним тоже.
Тем временем спасенная девушка, похоже, полностью вернула себе контроль над сознанием и осознала произошедшее. И, как Вереор и предвидел, подошла к нему. С бокалом. Вереор жестом пригласил ее присесть. Вставать, чтобы придвинуть стул не стал. Манеры манерами, а в образе надо было держаться. Дожевав очередной кусок мяса, Вереор взял бутылку и налил девушке вина. Половину бокала. И себе плеснул, чтобы было поровну.
- Для девушки столь яркой внешности и одетой в столь... Интересный наряд, - взгляд Вереора упал на ноги девушки, медленно поднялся, следуя контурам и изгибам тела, и остановился на её серо-зеленых глазах. Говорил ситх негромко, вопреки обыкновению, и нежно. Когда он так говорил, от звуков его голоса когда-то плавилась Алтоллия. И Катарина. - Вы ведете себя излишне скромно, - Вереор улыбнулся. Что-то в этой девушке его очень сильно манило, и это были не только аппетитные ляжки, которые подчёркивало платье, и не выглядывающая из декольте грудь. Он чувствовал в ней Силу. Она дремала. И не очень-то хотела наружу. - Не сковывайте себя, говорите. Я весь внимание. Ваш голос я готов слушать сколько угодно.
Два комплимента менее, чем за минуту. Может, Вереор был излишне добр сегодня, но настроение у него было прекрасное. Нашёл древнее знание. Кристалл. Дашейда. Да ещё и три жизни отнял! События накладывались друг на друга, создавая хорошее настроение. А с появлением этой девушки оно даже стало игривым. О, с такой дамой Вереор бы сыграл во многие игры. Как в физические, так и в игры с сознанием.
Бокалы с негромко звякнули, соприкоснувшись, и Вереор сделал небольшой глоток. Он все также пристально смотрел в глаза Карис Абертол, хоть и не знал, что её имя именно таково. Он ждал её слов.

'Evil' is a word used by the ignorant and the weak.
The Dark Side is about survival.
It's about unleashing your inner power.
It glorifies the strength of the individual.
TaonДата: Вторник, 03.11.2015, 01:07 | Сообщение # 119 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 4060
Награды: 113
Ну почти «Л»
ГМ

Ресторан "Отрада Кайи"


Призрак Эмилио растворяется в воздухе, вокруг Лорда Вереора кажущемся наэлектризованным.
Карис начинает чувствовать себя живой.
Вспоминает, как жить.
Трудно вспомнить то, чего не было. Но можно вообразить и воплотить.
Чтобы оживать, всего лишь и надо случайно повстречать в идеальном ресторане Гранд-генерала Империи, немного потерять память и быть спасённой от потерявших всякую скромность убийц Гранд-генералом же.
И сидеть перед ним, под взглядом янтарных глаз с красной дужкой чувствуя, как против воли бросает в жар. И как низкий, рокочущий, ласкающий голос словно пробирается невзначай к самому сердцу и приникает поцелуем к впадинке меж ключиц.
Щеки больше не бледны, розовеют.
Слегка смущенная, ни капельки не натянутая улыбка удовольствия в ответ на комплименты. Быстрый взгляд вниз-вверх, по-женски лукавый, кокетливый, пусть Карис этого не осознавала.
Всё казалось нереальным. Неоднозначным предутренним сном.
Она привыкла считать себя песчинкой на просторе жизни. Жестоком, ни к кому не благоволящем.
Привыкла к ежедневным испытаниям тела, рассудка, характера, ума, актёрских способностей.
То была реальность. Или кошмар.
А это грёза. Или реальность.
Здесь замолкала память.
И знание о том, что нужно мужчинам.
Карис никогда не оказывалась лицом к лицу с персонами такого высокого ранга. И инстинктивно выбрала самую действенную модель: никакой фальши.
Не делать того, что сама ненавидишь.
Приберечь ложь для тех, кого надо ужалить.
И...
И просто позволить себе слушать этот голос. Слегка краснеть под этом взглядом.
Это то, чего Карис была лишена.
Былой флирт ради выполнения проклятой воли Виторре не в счёт.
- Для вас я буду говорить сколько вы пожелаете... Лорд Вереор, - нежно, мягко, с легчайшим, почти незаметным придыханием.
Но оно было. Звучало.
Девушка позволила себе взять короткую паузу и пригубила вина. Не стоило и сомневаться, что на этом столике появления чего-то не подходящего под описание "восхитительное" едва ли возможно.
- Я буду по-прежнему скромной, если просто скажу, что моё имя Карис Абертол, если вы желаете его знать. Но если попрошу совета, как вернуть память? Кажется, недавно я забыла что-то важное... о вас.
То ли намёки, то ли маленькая (или большая?) женская наглость.
То ли заманчивый блеск в глазах, то ли игра света.
Карис рискнула истолковать в свою пользу тот взгляд от ног и всё выше.
Права ли?
Она не пыталась почувствовать.
Не рисковала.
Стоило бы? Едва ли.
ArkrayneДата: Вторник, 03.11.2015, 19:28 | Сообщение # 120 | Offline
Группа: Старожилы
Сообщений: 812
Награды: 38
Ну почти «Л»
Дарт Вереор

Ресторан "Отрада Кайи"


Этот голос... Этот тон... Вереор смаковал каждый звук, слетавший с губ Карис. Но виду не подавал. От голоса девушки по телу бежали мурашки. Как от очень красивой музыки. Низкий, страстный, бархатистый голос безумно нравился Вереору. Он звучал сексуально. Заигрывающе. А то, что дыхание немного сбилось, льстило Вереору. Там был не страх и волнение, как у блондиночки официантки. Волнение было... Но более положительное. Смешанное со страстью.
За все время разговора Карис отвела взгляд лишь на миг, от смущения. Все же остальное время смотрела прямо в глаза Вереора. И розовела. Кожа из бледного приобрела сначала естественный оттенок, а потом дама в красном платье попыталась слиться со своим нарядом. Очень смелая особа. Очень мало кто выдерживал взгляд Вереора так долго. Хотя, если подумать, сейчас он у него был иным. Не тяжелым. И брови не висели над глазами неподъемным грузом, а живо плясали под каждое слово ситха. Которому все больше хотелось заполучить девушку напротив.
- Ну хоть кто-то меня узнает. Уже отрадно, - ситх все так же слегка улыбался одними губами. В данный момент девушка поглотила его внимание. В любой другой ситуации Вереор бы уже давно обуздал свои желания и ушел, но сейчас у него было нечто вроде выходного. Так что можно. Тем временем девушка представилась. Какое все-таки имя у нее красивое, и как ей подходит... - Карис. Ка-а-а-а-арис. Ка-а-а-а-арисссс, - Вереор повторил имя несколько раз, оценивая изящность его звучания. - Очень красивое имя. Вам подходит, несомненно, - Вереор как будто не заметил вопроса про память и снова отправил в рот кусок мяса и немного овощей. - Наше с Вами знакомство, Карис, длится от силы минут пять-десять, - прожевав, вновь заговорил Вереор. - Неужели Вы ничего не помните? Наш с Вами медленный танец, кстати, хотел бы заметить, что танцуете Вы великолепно, нападение на Вас этих... Дилетантов... Дальше-то Вы уже должны помнить, - ситх улыбался. Он нагло лгал ей в лицо, потому что на правду девушка может и обидеться.
И снова это ощущение. Приятное ожидание, предвкушение, прокрутка волшебного, невероятной красоты голоса в воображении. Никого еще Вереор не слушал так внимательно и с таким желанием. Карис, казалось, была создана Силой специально для того, чтобы доставлять Вереору удовольствие во всем. И Гранд-генерал практически не сомневался, что покинет ресторан вместе с ней. Он чувствовал в ней это желание. Оно потихоньку перебарывало недоверие к Вереору лично и мужчинам в целом.

'Evil' is a word used by the ignorant and the weak.
The Dark Side is about survival.
It's about unleashing your inner power.
It glorifies the strength of the individual.
Форум » Архив ФРПГ » Корускант » Город
  • Страница 8 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • »
Поиск: